Valentine на прокачке

Infantry Tank Mk.III, он же Valentine, стал самым массовым британским танком Второй мировой. К тому же, по-настоящему деятельно сами британцы использовали его только с 1941 до первой половины 1943 года. Значительно интенсивнее эти танки употреблялись в Советском Альянсе, куда была послана практически добрая половина из всех произведённых автомобилей. Начинав в битвах под Москвой в осеннюю пору 1941 года, эти танки, узнаваемые в Красную армию как «Валентин» и MK-3/MK-III, дожили в иных частях до конца войны.

Помимо этого, Valentine стал чуть ли не единственным из поставлявшихся в СССР зарубежных танков, что достаточно массово подвергался разным переделкам. О них и поболтаем.

Поменяй пушку!

Летом 1941 года, в то время, когда лишь решался вопрос о поставках британских танков в СССР, советская сторона достаточно скрупулёзно их изучала. От крейсерских танков отказались сходу. Из лёгких автомобилей остановились на партии из 20 «Тетрархов».

Основной же выбор пал на танки Matilda и Valentine. Маленькая скорость передвижения компенсировалась у них весьма замечательной для собственного класса бронёй и дизельными двигателями. Последнее для советской закупочной рабочей группы было особенно серьёзным доводом. Стоит выделить, что к широко известной американской программе ленд-лиза британские поставки отношения не имели.

Обращение шла не о сдаче техники в аренду, а о продаже, а также за золото.

Первые Valentine прибыли в СССР 11 октября 1941 года. На протяжении их эксплуатации был распознан последовательность недочётов. В соответствии с “Докладной записке по вопросу британских танков M-III*”, датируемой 20 ноября 1941 года, были распознаны нередкие поломки пальцев траков. Совершённые опробования продемонстрировали, что обстоятельством поломок выяснилось чрезмерное натяжение гусениц, рекомендованное британскими инструкторами.

В условиях зимней эксплуатации кроме этого выявилась необходимость установки шпор, потому, что траки скоро забивались спрессованным льдом и снегом, в следствии чего быстро понижалось сцепление. Нередкими были случаи сползания бандажей с ведущих колёс. Танк был не хорошо защищён от бутылок с зажигательной смесью, потому, что в крыше башни и в маске имелись отверстия.

Не лучше обстояло дело и с защитой жалюзи моторного отделения.

Valentine на прокачке

Те самые боеприпасы, каковые, согласно точки зрения советской стороны, британцы имели, но в СССР не привезли

Главные же неприятности были связаны с оружием. Концепция применения британских танков исключала наличие в боекомплекте боевых автомобилей, вооружённых 2-фунтовыми (40-мм) пушками, осколочно-фугасных снарядов. Для борьбы с пехотой, согласно точки зрения британских танковых теоретиков, хватало спаренного пулемёта.

Пушка же предназначалась для борьбы с вражескими танками. Отсутствовали кроме того бронебойные боеприпасы с донными взрывателями: по вражеской броне стреляли простыми болванками. Подобный факт ввёл советскую сторону в некое замешательство.

По агентурным данным, боеприпасы с донными взрывателями у британцев имелись, приводились кроме того их эскизы. В действительности же этих снарядов не было. Наряду с этим на Valentine устанавливался и спаренный с пушкой 50 мм гранатомёт, но к нему поставлялись только дымовые гранаты, не смотря на то, что у британцев на вооружении имелся пехотный миномёт подобного калибра с осколочно-фугасными минами.

Неприятность была, но, далеко не только с номенклатурой снарядов. Танки, прибывшие с первыми конвоями, были не всецело укомплектованными. Отсутствовали пулемёты Bren и пистолеты-пулемёты Thompson M1928. Более того, имелись единичные случаи поступления танков кроме того без пушек.

Вдобавок ко всему, раздельно танковые их стволы и орудия не поставлялись, а снаряды приходили в количестве 5–6 боекомплектов на танк, чего было мало. Обстановка складывалась весьма непростая: при повреждения ствола либо израсходования боекомплекта танк преобразовывался в пулемётный.

Valentine II, перевооружённый на 45-мм пушку, декабрь 1941 года

самый рациональным методом решения проблемы в также посчитали перевооружение британского танка советской 45-мм пушкой. Эта работа была возложена в ноябре 1941 года на главного конструктора завода №92 генерала В. Г. Грабина. На заводе яркую работу по перевооружению возглавил П. Ф. Муравьёв.

В качестве объекта для переделки был выбран танк Valentine II, регистрационный номер 27526.

В соответствии с отчёту, замене подверглась 40-мм танковая пушка и спаренный с ней пулемёт BESA. 50-мм гранатомёт оставили на штатном месте. На протяжении переделки была установлена 45-мм пушка и спаренный с ней коммунистический пулемёт ДТ, так что в один момент решалась и неприятность снабжения зарубежными пулемётными патронами. Заводом №92 были спроектированы новые бронировка и орудийная маска, значительно более успешные, чем британские.

За счёт понижения длины гильзоулавливателя и других переделок удалось расширить и внутренний количество боевого отделения, которое у Valentine отнюдь не отличалось просторностью. В следствии совершённых переделок боекомплект танка вырос с 59 выстрелов для 2-фунтовой пушки до 91 выстрела к 45-мм орудию, взявшему заводской индекс Ф-95.

По окончании переделки высвобождалось штатное оружие танка. Пушки отправлялись в ремфонд, а пулемёты планировалось передавать пехоте. Но главным результатом, очевидно, стало то, что танк взял прицел и советское вооружение. Тем самым исчезала зависимость от британских поставок.

Помимо этого, в боекомплекте оказался осколочно-фугасный снаряд, которого так не хватало для борьбы с живой силой соперника.

Тот же танк, вид спереди. В отличие от штатной маски, конструкция КБ завода №92 исключала возможность застревания в ней вражеских снарядов

Огневые опробования продемонстрировали, что перевооружённый «Валентайн» по удобству заряжания не уступает базисному танку. Кроме этого не ухудшились и условия работы наводчика. На протяжении контрольного пробега танка на расстояние 20 километров никаких недостатков в работе прицела и вооружения не обнаружилось.

По окончании успешных заводских опробований перевооружённый танк был доставлен в Москву, где его продемонстрировали управлению.

45-мм пушка Ф-95 и спаренный с ней пулемёт ДТ

Ещё до окончания опробований обсуждался вопрос об изготовлении партии установок для перевооружения британских танков. Но в полной мере успешная программа совсем неожиданно была закрыта по инициативе управления ГАБТУ. Одну из обстоятельств парадоксальной концовки истории с перевооружёнными танками возможно отыскать в докладной записке главы ГАБТУ КА генерала Я. Н. Федоренко, написанной 9 января 1942 года на имя Л. П. Берии:

«Главным конструктором завода №92 генералом технических армий тов. Грабиным установлено отечественное оружие в 2 британских танках “Валентин” и “Матильда”.

В танке “Валентин”, вместо британской 40-мм пушки и 7,92-мм пулемёта, установлены отечественная 45-мм пулемёт и танковая пушка ДТ.

Опытные образцы проходили опробования на заводе №92 в г. Неприятный и показывались в Москве.

На основании материалов испытаний и личного осмотра считаю перевооружение британских танков нецелесообразным по следующим соображениям:

1. Танк “Валентин”

45-мм танковая пушка по бронепробиваемости фактически равноценна британской 40-мм, а исходя из этого имеет полный суть для этого танка применять британское оружие, а собственное беречь для отечественных автомобилей».

В действительности обстоятельств, по которым было решено отказаться от перевооружения танков, было пара. Одной из главных нужно считать оперативность британской стороны, которая скоро реагировала на замечания ГАБТУ. История сохранила широкую переписку между представителями ГАБТУ КА и британской военной миссией в СССР, главой которой в 1941–42 годах был генерал Фрэнк Ноэль Мейсон-Макфарлейн (в переписке фигурирует написание фамилии «Макфарлан»).

Эта переписка имела в полной мере ощутимые результаты. Уже начиная с декабря 1941 года прибывающие в СССР танки заблаговременно заправляли антифризом, благодаря чему быстро сократилось число случаев размораживания двигателей. Одвременно с этим были введены и сорта смазки, более пригодные для зимней эксплуатации.

Подобные трансформации коснулись масел и аккумуляторов для совокупности отката танковых пушек. А с декабря численность снарядов для каждого прибывающего Valentine выросла до 520 выстрелов.

не меньше ответственной обстоятельством являлось да и то, что перевооружать британские танки было очень некому, да и нечем. Зимний период 1941–42 года танковые пушки были недостатком, а рембазы были и без того перегружены текущей работой.

Неподвижная бронировка новой орудийной маски

Но на этом история с переоборудованием танков Valentine не закончилась. Повышение размеров поставки снарядов отнюдь не снимало вопроса об отсутствии осколочно-фугасных снарядов. В первой половине 40-ых годов XX века в гильзу боеприпаса для 2-фунтовой пушки установили осколочно-фугасный боеприпас зенитного орудия Bofors.

Были совершены опробования, но до серийного производства дело так и не дошло.

Приблизительно одвременно с этим на втором финише земного шара подобную проблему решали австралийцы. У них дело с новым снарядом продвинулось значительно дальше. Уже с января 1943 года было налажено производство 2-фунтовых осколочно-фугасных снарядов. Они удачно употреблялись на австралийских Matilda и Valentine до конца войны.

Что же касается британцев, то осколочно-фугасные снаряды для 2-фунтовки они удосужились сделать лишь в первой половине 40-ых годов XX века.

Лёгкие танки тяжёлого бронирования

В случае если с перевооружением Valentine дело ограничилось только умелыми работами, то усиление защищённости этих танков было очень распространённым явлением. Любопытно, что единственный сохранившийся в России танк этого типа, что находится в экспозиции парка «Патриот», есть машиной с усиленным бронированием. На лобовые страницы его корпуса наварены дополнительные бронелисты толщиной 30 мм, а по периметру башни приварены отбойники, предотвращавшие её заклинивания вражескими боеприпасами.

Существует вывод, что это не более чем экспериментальная работа, но это не верно. Во-первых, танк боевой: он прибыл в СССР 12 декабря 1941 года, а уже 16 числа был передан в состав 171-го отдельного танкового батальона, сражавшегося на Калининском фронте. Во-вторых, на дополнительной броне, и на башне видны бессчётные следы пулевых попаданий. Вряд ли бы на НИИБТ Полигоне в 1945 году, в то время, когда в том направлении попал данный Valentine II, занимались подобным отстрелом.

В-третьих, и это, пожалуй, основной аргумент, существует фотография, датированная 1943 годом. На ней запечатлено пара таких танков, имеющих аналогичное усиление бронезащиты, включая «кольцо» около башни.

Экранированный Valentine II, регистрационный номер T.27543, из экспозиции парка «Патриот»

В официальной переписке ГАБТУ КА о таковой экранировке нет ни строки. Работы по усилению бронирования лобовой части Valentine проводились неофициальным путём, наверное, в пределах одной воинской части. Усиление бронирования напрямую связано с возникновением весной 1942 года у немцев на вооружении 75-мм длинноствольной пушки, как в буксируемом (Pak 40), так и танковом/самоходном (7.5 cm KwK 40/StuK 40) выполнении.

Для нее 60 мм брони не являлось чем-то очень проблематичным, и в следствии Valentine утратил один из основных собственных козырей. Установка дополнительной брони толщиной кроме того 30 мм существенно увеличивала шанс непробития корпуса при попадании боеприпаса в лоб танка.

Танки, каковые экранированы равно как и Valentine II в Кубинке. Указывается, что фото сделано на Западном фронте в первой половине 40-ых годов XX века, но, если судить по погонам на плечах танкистов, снято никак не раньше 1943 года

Потому, что усиление брони проводилось в инициативном порядке, какой-то совокупности в ней не существовало. Любая часть делала экранировку по-своему. В большинстве случаев, обращение шла об установке дополнительных страниц – «экранов» на лоб корпуса, причём их толщина имела возможность варьироваться в зависимости от имевшейся в наличии брони.

Кольцо около башни, подобное установленному на танке в парке «Патриот», ставилось очень редко. Стоит также подчернуть, что экранировке подвергались как ранние автомобили, так и более поздние Valentine IX. Оснащённые дополнительной бронёй, эти танки, на которых устанавливались 6-фунтовые (57-мм) пушки, по соотношению черт брони и оружия появились на уровне КВ-1.

Наряду с этим масса экранировки получалась относительно небольшой и практически не оказывала влияние на динамические чертей.

Экранированный Valentine в Вильнюсе, 1944 год.

Отбойников около башни нет. Если судить по попаданию, как минимум один танк совершенно верно победил от применения дополнительного бронирования

Единственным местом, где обнаружилась хоть какая-то информация об экранировке Valentine, был отдел изобретений ГАБТУ КА. 10 ноября 1942 года в адрес отдела изобретений прибыло письмо от ассистента начальника 167-й танковой бригады по технической части инженер-майора А. Г. Арановича. Сущность его предложения была понятна уже по заглавию – «Экранировка танка МК-3»:

«Опыт битв танковой бригады на ЮЗФ, Сталинградском и Донском фронтах говорит о том, что танк МК-3 требует экранировки в 3 местах:

1. Лобовой броневой лист пробивается со всех расстояний 75-мм боеприпасом потому, что он стоит вертикально, и недостаточной толщины, исходя из этого нужно добавочный лист ставить под углом, как указано на чертеже.

2. Носовую часть нужно усилить, наряду с этим добавочному странице дать громадный наклон, как указано на чертеже.

3. Самое не сильный место танка имеется нижний погон башни, где бронировка ослаблена выточкой и бортовыми соединениями для зубчатого венца поворотного механизма. Эвакуированные танки с поля боя говорят о том, что противотанковая артиллерия соперника бьет прежде всего по погону, дабы заклинить башню, и благодаря ослабленности его у танка КМ-3 пробивает. Экранировать нижний погон нужно отдельными пластинами с прокладками из резинового бандажа колес, при таких условиях происходит изменение оси боеприпаса при ударе о броню и следовательно исключается сквозная пробоина».

Александр Григорьевич знал, о чём сказал. На протяжении битв он лично, сидя за рычагами, эвакуировал с поля боя три Valentine и один Т-70, причём уже через дни автомобили были восстановлены и опять пошли в бой. За данный подвиг инженер-майор Аранович взял орден Красной Звезды.

Экранировка лобовой части корпуса Valentine, созданная инженер-майором Арановичем

Созданная зампотехом 167-й танковой бригады, экранировка стала самой толстой и идеальной среди аналогичных. Кроме того что неспециализированная толщина брони с ней достигала 105 мм, так экраны ещё ставились под наклоном, что усиливало защитный эффект. Весьма грамотным ответом выглядит и экранировка погона башни.

Действительно, в ГАБТУ идею не поддержали, ограничившись краткой отпиской о ненужности поднимать вес танка.

Защита погона башни от заклинивания боеприпасами

На этом возможно было бы и закончить, потому, что материал нашёлся в отделе изобретений, но имеется одно «но». В пояснительной записке инженер-майор Аранович показывает, что подобным образом силами СПАМ удалось установить дополнительную броню на три танка. Быть может, что речь заходит о тех самых Valentine, каковые Аранович лично вытянул с поля боя.

Из описания направляться, что усовершенствованные танки много раз ходили в бой, и экранировка вправду была действенной.

Летом 1943 года инженер-майор Аранович снова отличился, в этом случае под Понырями. За умелые действия по ремонту и эвакуации танков он взял орден Отечественной степени и Войны. Войну Александр Григорьевич закончил в звании полковника.

Шпоры для Valentine

Как и у танков Matilda, у Valentine, хоть и в меньшей степени, имелись неприятности сцепления траков с грунтом. Особенно очень сильно они проявлялись зимой, что подтвердилось и на протяжении зимних опробований Valentine II, проходивших на НИИБТ Полигоне:

«Опробования танка в зимних условиях продемонстрировали, что форма траков гусеницы не снабжает требуемого сцепления с грунтом, благодаря чего проходимость танка в зимних условиях недостаточна»

Решение проблемы было обнаружено ещё на протяжении опробований. Силами инженеров НИИБТ Полигона было создано два типа шпор, каковые тогда же изготовили и испытали. Первый тип воображал собой приварки дополнительных грунтозацепов, выступавших из трака на 35 мм. Второй вариант был более технологичным и разрешал применять шпору по мере необходимости. Он смотрелся как конструкция, крепившаяся штатным пальцем гусеничной ленты.

По результатам опробований оба варианта дополнительных грунтозацепов были признаны долговечными. "Наверное," оба типа шпор и пошли в армии.

Шпоры двух типов, созданные зимний период 1942 года НИИБТ Полигоном

На этом разработка дополнительных грунтозацепов для Valentine не закончилась. В ноябре 1943 года некто Захаренков внес предложение несъёмные шпоры, каковые должны были изготовляться из «углового железа волнообразной конфигурации» и привариваться к траку. Изучив предложение, НИИБТ Полигон выдал заключение о нецелесообразности изготовления аналогичной конструкции.

Предложенный вариант был сложен для производства в войсковых частях, да и устройство новых грунтозацепов исключало возможность снятия их для перемещения по хорошим дорогам.

Усовершенствованные шпоры для Valentine

Ещё в мае 1943 года коллектив НИИБТ Полигона в составе техника-лейтенанта А. С. Лобакова, инженер-майора А. М. Зезина и инженер-капитана И. А. Кондрашова создал модернизированный вариант съёмных шпор. Главным отличием от прошлой конструкции стало изменение формы грунтозацепа, что лучше доходил для езды по заснеженной местности. На протяжении опробований стало известно, что с новыми шпорами существенно улучшились характеристики при пересечении заснеженных склонов.

В соответствии с созданной НИИБТ Полигоном инструкции, на каждую гусеничную ленту устанавливалось по 8 шпор (через каждые 12–13 траков). Эти шпоры пошли в армии, причём изготовлялись они в условиях ремонтных мастерских. За разработку успешной и несложной конструкции глава ГАБТУ КА маршал Федоренко в марте 1944 года заявил признательность и премировал каждого автора на сумму в 1000 рублей.

Помимо этого, 5 марта 1944 года на шпоры было оформлено авторское свидетельство.

Для производственных потребностей

Напоследок стоит поведать о машине, кроме этого существовавшей далеко не в единичном экземпляре. К сожалению, не считая текстовых упоминаний, больше никакой информации о ней не существует.

Летом 1944 года ремзавод №12, пребывавший в Баку и занимавшийся по большей части ремонтом поступавшей американской и британской бронетанковой техники, был переведён в Саратов. Но, кроме зарубежных образцов, на лето 1944 года в Баку пребывало 12 (позднее 10) танков Т-26 и 1 бронеавтомобиль БА-10. Два из Т-26 были переделаны в тягачи, употреблявшиеся для потребностей завода.

Эта сводка – первое упоминание о тягаче на базе Valentine

Для нас весьма интересно второе. В ведомости о наличии матчасти за август 1944 года среди автомобилей показался некоторый тягач на базе MK-III. Указывалось, что он употреблялся заводом по прямому назначению. Упоминаний о аналогичных переделках на БТРЗ №12 больше не было, но вот в отчёте БТРЗ №82 (г. Москва) за апрель 1945 года упоминается изготовление двух тягачей на базе британского танка. За июнь изготовлили ещё 11 таких автомобилей, а за июль 14. В соответствии с записям, ремфонда хватало на переоборудование ещё 5 автомобилей.

Видится информация, что и по окончании войны Valentine переделывали в тягачи. За границей, кстати, переделки танков Valentine в тренировочные автомобили, лишённые башен, а также в водовозы, производились достаточно довольно часто.

Источники:

  • ЦАМО РФ
  • РГАКФД
  • Архив автора

Идем НА! FV4005. Первая часть [крузеры, лучник, ахилес и валентин]

Темы которые будут Вам интересны: