Сражение у сесенья: первый бой т-26 в испании

— Вот как раз, — подтвердил командующий. — Значит, тем более в лоб не лезь, береги машины и людей! Ты мне в срок на заданную точку выйди, а цифрами нанесённых неприятелю утрат можешь меня не поражать. Танкистские цифры — дело ненадёжное.

— По-моему… — начал было Сарычев.

— По-твоему, — перебил его командующий, — где твой танк прошёл, в том месте все погибло. А пехота, если она не дура, пересидела на дне окопа, да и опять взялась за винтовки. А у японцев она не дура.

К. Симонов «Товарищи по оружию»

В осеннюю пору 1936-го многим казалось, что спасти молодую испанскую республику может только чудо. Колонны мятежников при помощи итальянской и германской техники приближались к Мадриду, практически сметая на своём пути отряды республиканской милиции – по сути, слабо вооружённого, не хорошо организованного и необученного народного ополчения. Но поступавшие из Германии депеши заставляли каудильо Франко торопить собственных подчинённых – в соответствии с добытой абвером информации, в Испанию вот-вот должны были прибыть советские суда с бронетехникой.

Маленький город Сесенья был занят частями т.н. «кавалерийской» колонны полковника Монастерио. Практически, как в большинстве случаев не редкость на протяжении гражданских войн, это была сбродная солянка из эскадрона, двух рот морской пехоты с пулемётной командой и ещё нескольких частей, неспециализированной численностью приблизительно 700 человек. Руководил гарнизоном капитан Санчес Перес. В ночь на 28 октября франкисты взяли подкрепление – секции 105-мм горных гаубиц и 65-мм итальянских горных пушек.

В соседнем городе Эскивиас кроме этого пребывали части мятежников, в частности выделенная для подкрепления колонны Монастерио батарея 65-миллиметровок под руководством капитана Терлиззи и пара итальянских танкеток Fiat CV-35. Кроме этого в том месте расположилась организованная незадолго до из трофейных 75-мм пушек батарея капитана Рикардо Архона.

CV-35

Т-26 обр. 1933 года

Боевая масса, т

3,5

9,40

Экипаж, чел.

2

3

Размеры

Протяженность корпуса, мм

3150

4620

Ширина корпуса, мм

1500

2440

Высота, мм

1300

2240

Клиренс, мм

190

380

Бронирование

Лоб корпуса (верх), мм/град.

15

15

Борт корпуса (верх), мм/град.

9

15

Корма корпуса (верх), мм/град.

9

15

Днище, мм

н/д

6

Крыша корпуса, мм

10

Лоб рубки/башни, мм/град.

15

15

Маска орудия, мм/град.

15

Борт рубки/башни, мм/град.

9

15

Корма рубки/башни, мм/град.

9

15

Крыша башни, мм

6

Оружие

Орудие

1 ? 45-мм 20-К

Пулемёты

2 ? 8-мм Fiat 35

1 ? 7,62-мм ДТ

Мощность двигателя, л. с

43

90

Скорость по шоссе, км/ч

42

31,3

Запас хода по шоссе, км

150

130–140

Сражение у сесенья: первый бой т-26 в испании

Итальянские танкетки в Испании

Быть может, кто-то из мятежников, имевший доступ к радио, сумел услышать незадолго до выступление фаворита республиканцев Ларго Кабальеро:

…Слушайте меня, товарищи! на следующий день, 29 октября, утром бронепоезда и наша артиллерия откроют огонь по врагу. Отечественная авиация вступит в бой, засыпая соперника бомбами и поливая его пулемётным огнем. Когда взлетят отечественные самолёты, отечественные танки ударят по самым уязвимым точкам в обороне соперника и посеют панику в его рядах… Сейчас у нас имеется самолёты и танки. Вперёд, боевые приятели, смелые сыны трудового народа!

Победа будет за нами!

Но вряд ли офицеры и солдаты в Сесеньи имели возможность высказать предположение, что Ларго Кабальеро не просто пытается поддержать обещаниями упавший дух собственных армий – и тем более – что его слова имеют к ним самое яркое отношение.

Итальянские танкетки на марше под Гвадалахарой

В это же время, как раз Сесенья была намечена одной из целей обещанного наступления. По замыслам республиканцев, удар должен был быть нанесён утром 29 октября, по окончании авиационной и артподготовки, силами 1-й бригады Энрике Листера. Поддерживать атаку должна была рота из 15 танков Т-26 под руководством майора Грейзе (советского офицера Поля Армана[1]).

Донесения немцев запоздали: советские танки прибыли в Испанию ещё 14 октября на пароходе «Комсомолец».

Как и намечалось по замыслу, артиллерийская и авиационная подготовка началась в 6.30 – но на этом соответствие замыслу и закончилось. Удар пришёлся не по Сесеньи, а по расположенному рядом Торрехон-де-Веласко, где были уничтожены пара домов и купол местной церкви.

Выгрузка прибывших в Испанию Т-26

В 7.00 начали перемещение танки – три Т-26 были высланы в передовой дозор. В соответствии с отчёту Армана, в течение следующего часа он взял два донесения, где утверждалось, что Сесенья соперником не занята и в неё вот-вот зайдёт либо уже заходит республиканская пехота. В 8.00 оставшиеся 12 Т-26 подошли к Сесеньи. Предстоящая сцена весьма быстро обрисована в воспоминаниях П. Армана[2]:

Пройдя Сесинья, разведка по радио донесла, что соперника в деревне нет. Но в то время, когда мы подошли к окраине селения, на дороге стояло орудие и послышалась резкая команда: «Пламя!»

– Отставить! Не стрелять! – кричу я. Около орудия произошла заминка. Пользуясь ею, на полном ходу танк подлетает к орудию.

Рядом с ним стоит офицеры и расчёт – капитан и лейтенант. Около маленькие группы воинов – марокканцы! Ясно, что по окончании прохождения отечественной разведки мятежники заняли деревню.

– Кто тут безобразничает? Кто подал команду пламя? Кто приказал в меня стрелять? – кричу я. Капитан растерялся и не имеет возможности осознать, кто перед ним – на мне танковый костюм без знаков различия, снаряжение испанское, на боку висит револьвер «Кольт».

– Продолжительно станете находиться, разинув рот? Убирайте орудие! Сейчас подходит испанский полковник и задаёт вопросы:

– Из-за чего вы кричите на моих офицеров?

– Как не кричать на таких олухов, поскольку они планировали в меня стрелять!

– Не повышайте тона, я полковник!

– Вижу, но плевать мне на это. Вы воспитайте собственных подчинённых так, дабы они слушались глав и не делали глупостей.

Полковник растерялся.

– Кто вы таковой? – задал вопрос он.

– Как кто? Вы что не видите, что я начальник танкового отряда?

А вот и отряд подходит. Вправду, танки доходили друг за другом, и видя, что я говорю с соперником, разворачивались в боевой порядок. Дабы узнать, кто перед ним, полковник указал рукой на часовню у дороги и внес предложение:

– Возможно, вы слезете с танка и пройдёте ко мне в штаб? В том месте объяснимся.

По всей видимости, моё наглое поведение сбило полковника с толку. Я вижу, что танки готовы к бою и ожидают команды. Подаю сигнал «Вперёд!» и захлопываю над головой люк.

Военная машина с рёвом рвётся вперёд – через полковника, двух его офицеров, орудие и артиллеристов. Танк весит 10 т, полковник, не смотря на то, что и тучный, намного меньше, он не выдерживает тяжести танка. За ним под гусеницы следуют его солдаты и офицеры.

Сейчас все танки роты открывают неистовый пламя по штабу и человек двести разлетаются в клочья. Навстречу идёт колонна грузовиков с воинами. Танки без выстрелов налетают на неё, и под гусеницами в щепки разлетаются машины и в тесто преобразовываются сидящие в них.

Пройдя через площадь, мы поворачиваем в узкую улицу. Она так узка, что по ней еле проходит танк, но она долгая – километра полтора. Я вижу, что навстречу по улице поднимается два эскадрона кавалерии, по три наездника в ряд.

Приказываю остановиться и подпустить наездников поближе. Подойдя к нам, начальник эскадрона видит окровавленный танк, начинает что-то кричать, делает какие-то символы. Наездники сбиваются в кучу, получается каша.

А дабы каша была полная, я подаю команду «Вперёд!», и двенадцать танков прокатываются по двум эскадронам кавалерии. Немногие наездники, успевшие осадить коней и выскочить в поле, были перебиты пулемётным огнём…

С испанской стороны данный момент обрисован намного менее красочно. Испанцы, ожидавшие подход итальянских танкеток, вправду в первоначальный момент не разобрались, чьи танки показались перед ними в утреннем тумане – тем более что и республиканские танкисты, ожидавшие застать в Сесеньи собственную пехоту, двигались «по походному», с открытыми люками и высунувшись из башен.

Но уже по окончании первых фраз передовой танк открыл огонь – действительно, через чур скоро (не дождался полного сведения, как сообщили бы игроки WOT-а), и франкисты успели укрыться. После этого танки прошли город полностью, протаранив пара импровизированных заграждений из грузовиков.

Танк Т-26, сопровождающий 11-ю интербригаду в сражении под Бельчите

В соответствии с отчету Армана, танки вели бой в Сесеньи с 08.05 до 10.30 – сперва в самом городе, после этого – ведя обстрел с соседнего бугра. Из города их вышло 11 – Арман в тот момент думал, что 12-й танк из-за неисправности остался на подходах к Сесеньи. На деле же данный танк – Т-26 лейтенанта Селицкого – вошёл в город, но франкистам удалось повредить его ходовую.

В 10.30 мы стремительным броском двинулись по дороге на Эскивиас (5 км) на протяжении отечественного переднего края, поскольку по обстановке казалось, что республиканская пехота входит в Сесенья. По окончании оказалось, что пехота не отправилась за танками и, услышав в первых рядах неожиданный для ней шум боя, отошла назад на 4–5 км к сев. и сев-востоку и залегла, не имея соприкосновения с соперником.

По испанским данным, республиканская пехота нападала Сесенью в 9.20 – но потому, что танки к этому времени уже ушли, гарнизон смог полностью сосредоточится на отражении атаки, «нанося им большие потери».

Республиканские танкисты

Тем временем танки Армана добрались до соседнего Эскивиаса, где, по испанскому описанию, повторилось всё более-менее то же. Танки ездили по улицам, давя машины и стреляя по лошадям, а укрывшиеся в зданиях кавалеристы стреляли по танкам, без всякого результата. Важный бой завязался лишь на окраине, где пребывало итальянское подкрепление. Отчёт Армана обрисовывает это следующим образом:

Второй бой завязывается на вост.окраине Эскивиас в 11.00. Танки стёрли с лица земли артиллерию соперника, пулеметные гнёзда и два танка «ансальдо», причём один из танков был скинут лейтенантом Осадчим в ущелье. Стёрши с лица земли всю живую силу пр-ка, которую мы застали, двинулись на Борокс.

Участь двух итальянских танкеток подтверждается и испанскими данными – в них, действительно, огнемётная танкетка героически атаковала превосходящего врага, перед тем как правильный выстрел 45-мм разнёс её на куски. Но в них присутствует очень серьёзное дополнение – один Т-26 был повреждён успешным попаданием 65-мм пушек и остался застрявшим в стенке загона для скота. Выдвинувшаяся к месту боя батарея капитана Архона в течение получаса вела с ним перестрелку, пока, наконец, один из снарядов не попал под башню, перебив экипаж танка.

Тем временем Арман в 13.00 достиг намеченной территории сбора и до 15.00 собирал отставшие танки, в один момент пробуя узнать неспециализированную обстановку и особенно – где находится республиканская пехота.

Огнемётная итальянская танкетка в сражении

Не хватало 4 танков: лейтенантов Климова, Лобача, Селицкого и Соловьёва.

Из опроса бойцов установил, что Селицкий с танком остался в Сесенья в размещении соперника. Решил идти прямо на север для присоединения к собственной пехоте и в предстоящих совместных действиях с нею выручить Селицкого и отыскать оторвавшихся Лобача, Климова и Соловьёва.

Сейчас гарнизон Сесеньи в далеком прошлом уже закончил отбивать атаки пехоты республиканцев и приготовился к новой встрече с танками. Главным «противотанковым» средством гарнизона должно было стать оружие, которое несколькими годами позднее и на большое количество километров к северу от Испании назовут «коктейлем Молотова» – бутылки с бензином. Одну из них кинули на танк Армана, но, к счастью, танкистам удалось потушить пламя.

Очень сильно обгорел командир экипажа Лысенко, взял сам Арман и ожоги.

Идущие позади танки сбили балкон с поджигателями осколочными боеприпасами и видели танк Селицкого, почерневший от огня, а лейтенанта Селицкого, мехводителя Мозылева и к-ра башни – испанца убитыми.

В метрах 500 от вост.окраины селения нашли танк лейтенанта Соловьёва, врезавшийся в канаву. Соловьёв в течение 2 часов отбивался от яростных атак марроканцев. При подходе отечественных танков часть марроканцев успела убежать, а около 200 чел. мы стёрли с лица земли.

Затем сосредоточили целый пламя 11 танков по Сесенья и стёрли с лица земли все огневые точки и живую силу соперника.

К этому небходимо отметить, что, по испанским данным, утраты гарнизона Сесеньи составили 13 убитых и 60 раненых. Кроме этого на протяжении боя погибло 3 и было ранено 7 местных обитателей. Более значительными стали утраты в технике – стёртыми с лица земли либо повреждёнными у мятежников были 16 орудий и 12 автомашин.

Трофейный Т-26 у франкистов

Сам Поль Арман в последней части отчёта высоко оценил как героизм собственных танкистов, в течение 10 часов сражавшихся в рейде по вражеским тылам, так и франкистов:

Соперник продемонстрировал поразительные стойкость и упорство, быстроту реагирования на танки… Соперник скрывается в зданиях, на смену убитым у орудия настойчиво лезут новые номера… Окружения марроканцы не опасаются и могут настойчиво защищаться. В первоначальный же сутки боя нацисты смогли изобрести противотанковое средство; не имея ПТО, они использовали поджигание танков…

Опыт боя под Сесенья продемонстрировал, что испанские сёла недоступны для танков при наличии активного соперника (узкие улицы, стенки домов до 2 метров толщиной).

Результат республиканского наступления тяжело назвать успешным – Сесенья, как и другие намеченные цели, осталась у соперника, и в последующие дни войска Франко продолжили наступление на Мадрид. Но, ни в осеннюю пору 1936, ни позднее забрать столицу республики каудильо так и не удалось. Роль в этом советских танков и экипажей тяжело переоценить.

Начальник 122-й танковой бригады, Герой Советского Союза Поль Матисович Арман погиб 7.08.1943 у деревни Вороново, поднимая залёгшую пехоту 165-й стрелковой дивизии.

[1] Поль Матисович Арман, настоящее имя — Пауль Тылтынь.

[2] Раздельно не опубликованы, отрывок забран из статьи в «Танкомастере».

Публикуется в авторской редакции

Т-26 (1 Гв.Т.Бр.) Лучший бой War Thunder #65 | Нежданно

Темы которые будут Вам интересны: