Штурмовая гаубица с урала

Декабрь 1942 года стал главным месяцем в истории советских самоходных установок — работы по созданию средних и лёгких САУ дошли до стадии подготовки к запуску серийного производства. Местом для выпуска средних САУ был выяснен Уральский завод тяжелого машиностроения (УЗТМ). У этого ответы были объективные обстоятельства: кроме того, что в Свердловске полным ходом завершалась разработка САУ У-35, тут имелась замечательная производственная база.

Начатый на предприятии еще в последних числах Сентября 1942 года выпуск танков Т-34 обеспечивал наличие шасси для самоходных установок.

С учётом производственных возможностей завода 2 декабря, другими словами ещё до начала опробований У-35, было подписано распоряжение ГКО №2559 «Об организации производства самоходных артиллерийских установок на заводе и Уралмашзаводе № 38». В соответствии с этому документу, уже в декабре 1942 года УЗТМ должен был сдать первые 25 самоходных установок СУ-35, каковые потом стали известны называющиеся СУ-122.

У-35, издание второе и дополненное

Благодаря не совсем корректной переписке, и сводному отчету УЗТМ за войну, подлинная история запуска У-35 в серийное производство на долгое время осела в архивах. Настоящая обстановка с данной самоходной установкой очень сильно отличалась от того, что утверждает большая часть исследователей.

Штурмовая гаубица с урала

Редакция Warspot
/
Самоходный «короткоствол»
17 самоходных гаубиц, употреблявшихся противоборствующими сторонами во время второй мировой

  • ВМВ
  • артиллерия
  • военная техника

Да, У-35 удачно прошла ходовые опробования. С определенной долей условности возможно утверждать, что она выдержала и огневые опробования. Дальше же начинается масса нюансов. Рабочая группа указала, что детище конструкторского бюро УЗТМ имеет неудачное с позиций компоновки а также страшное для расчёта боевое отделение. Оно оказалось через чур тесными и неудобным.

На этом фоне выгодно выделялось боевое отделение САУ СГ-2 разработки КБ завода №592. Очевидно, имелись недочёты и у компоновки СГ-2, но тут их была значительно меньше. И в этом замысле самоходная установка из Мытищ опробования выдержала. Неприятность заключалась в том, что ремонтный Т-34, на базе которого выстроили СГ-2, был дефектным.

В следствии ходовые опробования СГ-2 закончились провалом. По результатам ее опробований испытательная рабочая группа сделала следующий вывод:

«Рабочая группа считает необходимым поручить Уралмашзаводу НКТП (министерства танковой индустрии – прим. ред.) доработать пример самоходной 122 мм гаубицы, приняв за базу компоновку боевого отделения испытанной самоходной 122 мм гаубицы завода №592 и устранив недочёты, изложенные в настоящем отчете. Доработанный пример самоходной гаубицы подвергнуть опробованиям на заводе для окончательного принятия ответа о введении на вооружение артиллерии Красной Армии».

Такое ответ в ситуации было верным. Во-первых, УЗТМ уже взял задание на серийное производство У-35, сейчас было уже не до конкурса. Во-вторых, тем же самым распоряжением ГКО №2559 завод №592 передавался в распоряжение НКТП, и на его базе формировался завод №40, где предполагалось производить легкие танки Т-70.

В-третьих, кроме того без принятия этих ответов завод №592 остался бы без шасси Т-34 для новых САУ, а в Свердловске с ними неприятностей не наблюдалось.

Продольный разрез переработанной У-35, середина декабря 1942 года

Доработки У-35 начались ещё перед тем, как завершились сравнительные опробования. Потому, что Горлицкий в тот момент был на опробованиях, возглавил проектную группу Н.В. Курин. Уже к середине декабря готовься переработанный проект У-35. Он был рассмотрен на техническом заседании, которое прошло 15 декабря на УЗТМ. Кроме Курина, в нем учавствовали Ж.Я. Котин, основной конструктор завода №9 Ф.Ф.

Петров и его помощник А.Н. Булашев, основной конструктор УЗТМ Н.Д. военпреды и Вернер, включая Г.З. Зухера.

Всего в конструкцию самоходной установки были внесены трансформации по 14 пунктам, и многие из них пересекались с конструкцией СГ-2. самоё заметным сходством с самоходной установкой завода №592 стал колпак с тремя смотровыми лючками, предназначенный для перископического прицела. Похожим был и люк в крыше рубки, действительно, конструкторы УЗТМ сделали его одностворчатым.

Как и на СГ-2, вместо командирской башенки начальник взял перископический прибор ПТК. Похожим выяснилось и размещение боекомплекта.

Не обращая внимания на последовательность заимствований, переработанная У-35 очень сильно отличалась как от начальной конструкции, так и от СГ-2. От идеи максимального применения шасси Т-34 без трансформаций конструкторы отказались. Верхний лобовой лист стал более несложным по конструкции, без «ступени». Переделке подверглись и другие страницы рубки.

Изменилась установка орудия: был убран лоток, а бронировки переделаны так, дабы не появлялось щелей.

Место начальника переместилось вперед, наряду с этим он совмещал собственные обязанности с функциями наводчика и радиста по вертикали. Для заряжающих были предусмотрены откидные сидения. Пара изменилось место наводчика.

Для повышения количества боевого отделения из него убрали левый верхний топливный бак. Вместо смотровых щелей были установлены перископические смотровые устройства. Еще одним отличием У-35 стали дополнительные топливные баки цилиндрической формы, сделанные по типу топливных баков Кировского завода.

Переработанная машина заметно отличалась от исходной У-35

По результатам рассмотрения чертежей переработанной установки У-35 их утвердили. В один момент были утверждены и временные технические условия на приёмку и изготовление автомобилей установочной партии. Для освещения перекрестья прицела ночью было утверждено применение штатной установки «Луч». Кроме этого участники заседания дали согласие с предложениями завода №9 на кое-какие трансформации установки орудия.

В частности, убирались маслёнки и смазочные отверстия в верхней коробке подъемного механизма. В качающейся части М-30 изменялись люлька, верхний станок, установка прицела, подъемный, поворотный и уравновешивающий механизмы.

Маленькие правки уже не очень оказывали влияние на неспециализированную картину. Спустя 2,5 года по окончании начала работ над самоходной установкой на базе Т-34 машина, наконец, шла в серийное производство. За это время ее концепция всецело поменялась.

На поперечном разрезе прекрасно виден колпак, что был «позаимствован» у СГ-2

О том, что финальная версия У-35 была практически результатом совместной работы двух КБ (УЗТМ и завода №592), в Свердловске старались не распространяться. Но настоящее положение дел прекрасно видно из письма, которое 13 марта 1943 года написал помощник главы Главного артиллерийского управления Красной Армии (ГАУ КА) генерал артиллерии И.И. Волкотрубенко. Письмо касалось присуждения Сталинской премии Горлицкому и Курину за создание СУ-35.

В нем Волкотрубенко справедливо подмечал, что самоходная установка есть кроме этого результатом работы конструкторов Синильщикова и Перервушина, создавших СГ-122 и СГ-2. Помощник главы ГАУ не забыл о том, что последовательность элементов этих автомобилей был использован в СУ-35. В следствии Сталинскую премию второй степени за СУ-35 присудили четверым конструкторам.

Приоритет в производстве

Утверждение чертежей и временных технических условий стало знаком с запуску работ по подготовке к серийному производству СУ-35. На УЗТМ начались лихорадочные работы по подготовке. Для исполнения срочного правительственного задания у завода оставалось всего 14 дней, наряду с этим никто не снимал с завода обязательств по выпуску Т-34. В соответствии с замыслу, в декабре 1942 года в Свердловске предполагалось выпустить 100 Т-34.

Как раз столько автомобилей в этом месяце и произвели, из них 50 танков были радийными.

Ввиду очень сжатых сроков времени на изготовление опытного образца переработанной У-35 просто не выяснилось. В НКТП пошли на громадный риск, запустив серийное производство без прохождения этапа опробований. Было решено проверить характеристики серийной самоходной установки, применяв одну машину из установочной партии.

Уже в ходе изготовления первых СУ-35 в рабочие чертежи стали вносить трансформации. Во многом это стало результатом того, что самоходные установки строили без изготовления опытного образца, на котором в большинстве случаев отрабатывается изначальная техдокументация. Исходя из этого первые самоходные установки пара отличались от начальных чертежей.

Дело доходило до того, что подробности огнерезами подгонялись по месту уже в ходе сборки.

Одна из первых серийных СУ-35 на территории завода, зима 1943 года

Завод эти неприятности не скрывал, подобные факты обсуждались в рабочем порядке на заседаниях, происходивших в последних числах Декабря. Одно из таких заседаний проводилось 27 декабря, в нем учавствовали Котин, Горлицкий, управление УЗТМ, и представители ГАБТУ и ГАУ. К тому времени автомобили установочной партии в значительной мере готовься , но сроки все же поджимали.

В следствии на заседании было решено принимать первые СУ-35 без укладок боекомплекта, потому, что их чертежи все еще не готовься . Наряду с этим одну машину комплектовали всецело, дабы проверить соответствие СУ-35 тактико-техническим требованиям. Кроме этого на этом заседании был принят последовательность ответов, которые связаны с условиями приемки самоходных установок установочной партии.

Она же в боевом положении

Подобным образом решались вопросы и на заседании 31 декабря. Стало известно, что из-за некоторых отклонений от чертежей первые СУ-35 отличались от спроектированной машины по некоторым чертям. К примеру, в соответствии с тактико-техническим требованиям углы наводки по вертикали составляли от ?3 до +25 градусов, а по факту оказалось от ?1,3 до +23,3 градусов. Вместо 8 кг упрочнения на маховиках механизмов наводки составляли 14 кг. На заседании было решено САУ с этими отклонениями все же принять.

Еще одной проблемой стало то, что щели между подвижной и неподвижной бронировками совокупности были больше положенных. Данный недочёт устранили методом прикрытия щелей дополнительными щитками толщиной 10 мм.

СУ-35, вид слева

28 декабря состоялись опробования пятого серийного примера СУ-35. Было произведено 40 выстрелов усиленным зарядом на различных углах наводки, по окончании чего самоходная установка прошла 50 километров. По результатам опробований никаких поломок и деформаций не обнаружилось. Не имелось замечаний и к работе автомобили на протяжении ходовых опробований.

Кроме этого был изучен вопрос удобства работы расчета. Указывалось, что если сравнивать с опытным образцом У-35 машина стала просторнее.

Вид справа, орудие на большом угле склонения

С воистину смелыми упрочнениями УЗТМ смог выполнить задание на выпуск 25 СУ-35. 3 января 1943 года самоходные установки загрузили на эшелон и послали в Москву. С заводом было достигнута договоренность на выпуск 300 СУ-35 ценой 200 000 рублей за штуку, по 100 самоходных установок в месяц.

На деле в январе замыслы по изготовлению СУ-35 были невыполнимыми. Обстановку усугубили простои производства, которые связаны с отсутствием электроэнергии и топлива. Это сказалось на выпуске не только на СУ-35, но и на Т-34.

По состоянию на 13 января завод не сдал ни одного Т-34, на 22 число было сдано 5 танков, из них 4 радийных. Всего же за январь удалось изготовить 50 Т-34, из них 25 радийных.

Еще более сложной обстановка была с СУ-35. По окончании выпуска установочной партии потребовалось вносить последовательность трансформаций в чертежи и техусловия. Работа «на коленке», как это произошло с установочной партией, для автомобилей главного выпуска не годилась, а никакого задела с декабря не осталось. В следствии при замысле в 100 автомобилей за январь удалось выпустить всего 32 штуки. Больше того, к 30 января ни одной автомобили клиентом принято не было.

Связано это было с тем, что завод в последних числах Января безотлагательно занялся выпуском Т-34. Практически эти СУ-35 доделывали в феврале. Что же касается февральской программы, то ее начали делать лишь с 10 числа.

Схема размещения расчета орудия в боевом отделении

Неприятности, каковые завод испытывал с производством двух типов автомобилей в один момент, заставили НКТП поменять приоритеты. Потому, что Т-34 к тому моменту изготовлялись уже на пяти фабриках, а количество выпуска этих танков на УЗТМ и без того был низким, наверху решили дать преимущество производству СУ-35. По данной причине с 10 по 20 февраля в Свердловске производили лишь СУ-35, а первые 6 Т-34 выстроили только 21 числа.

В следствии в этом месяце завод смог сдать 100 СУ-35, а Т-34 практически было сдано 9 штук, потому, что башен для них завод не взял. Доделывали танки уже в марте: к 5 числу было готово 39 автомобилей, из них 20 радийных. В марте обстановка повторилась: громадную половину месяца завод по большому счету не занимался Т-34, сконцентрировавшись на выпуске СУ-35.

Именно поэтому замысел по выпуску 100 САУ удалось выполнить.

Положение наводчика орудия

Неприятности у СУ-35 обнаружились не только в плане организации производства. Уже в январе стали поступать жалобы о том, что военное машины отделение тесное. Такие же жалобы шли и в феврале, в то время, когда в Москву отправились самоходки январского выпуска.

Помимо этого, на протяжении испытательных пробегов нередким нареканиям начал подвергаться стопор, закреплявший орудие в положении по-походному. На марше он довольно часто гнулся. Связано это выяснилось с тем, что подробности приходили в сборочные цеха без термообработки. Дефектные стопоры заменили, опробования продемонстрировали удовлетворительные результаты. Но на автомобилях февральского выпуска недостаток со стопором возвратился, проблемным признали целый узел.

На техническом заседании было решено совершить опробования 10 автомобилей, из которых 5 имели стопоры крепления по-походному, а остальные 5 не имели. Крепления ломались, наряду с этим совокупность оставалась работоспособной. В качестве временной меры УЗТМ создал дополнительный хомут, но было ясно, что проблему нужно решать более радикально. В феврале 1943 года на УЗТМ был совершён конкурс на разработку нового стопора, всего представили 3 варианта.

Наилучшим был признан конический стопор, что крепился за верхнюю часть подвижной бронировки орудия. Новый стопор утвердили в середине марта.

В верхней части подвижной бронировки делалось отверстие, которое прикрывалось особой круглой наваркой. Кроме этого на лобовом странице бронировки показались особые наварки. Кое-какие исследователи ошибочно их приняли за дополнительную бронезащиту. В действительности наварки делали роль противовесов.

По данной причине их могло быть и две, и одна, а имело возможность и не быть вовсе.

Доработанная бронировка совокупности с новым стопором по-походному

Новый стопор крепления по-походному, и поменянная подвижная бронировка были введены в серию с конца марта 1943 года. Они стали первыми большими трансформациями СУ-35. Еще одно важное изменение случилось 3 апреля: СУ-35 переименовали в СУ-122. Кроме переименования, апрельские автомобили отличались трансформацией конструкции колпака для прицела. Первые месяцы эксплуатации продемонстрировали, что нужно сделать лючок для обзора назад.

В первую очередь апреля стали выпускать колпак с четырьмя лючками.

В это же время, еще в январе 1943 года началась работа над модернизированной СУ-122. Машина, известная как СУ-122М, хороша отдельного повествования. Тут только стоит подчернуть, что в ней КБ УЗТМ решило проблему тесноты боевого отделения, максимально расширив рубку.

Предложение сделать то же самое на серийной СУ-122 Горлицкий встретил в штыки, справедливо увидев, что это поднимет боевую массу САУ на 600 килограмм.

Самоходная установка с серийным номером У-304272 выпуска мая 1943 года. Машина уже взяла в нижнем лобовом странице корпуса лючок для доступа к механизму натяжения гусеницы

Апрель для УЗТМ стал весьма проблемным месяцем. На завод упала целая масса проблем. Обнаружились массовые случаи брака бандажей опорных катков, что сказалось как на СУ-122, так и на Т-34.

Кроме этого имелись массовые случаи появления трещин на броневых страницах.

В последних числах Апреля УЗТМ обратился в Артиллерийский комитет ГАУ КА прося заменить страницы крыши толщиной 20 мм на страницу с увеличенной до 30 мм толщиной. Мотивировалось это тем, что крыша перегружена сварными швами и довольно часто появлялись трещины, каковые приходилось закрывать экранами. Артком ГАУ такое изменение утвердил, потому, что оно поднимало боевую массу автомобили всего на 100 килограмм.

Совсем в противном случае отреагировали в Главном автобронетанковом управлении (ГАБТУ): ответ заменить крышу на более толстый лист средней твердости признали неприемлемым. Действительно, произошло это уже в первых числах Июня, так что некое количество СУ-122 с утолщенной крышей все же было выстроено.

Эта же машина слева

Последовательность неприятностей в апреле стал причиной тому, что за данный месяц вместо 100 самоходных установок было сдано всего 75. Дополнительные трансформации конструкции автомобили имели место и в мае 1943 года. В соответствии с категоричным требованием ГАУ КА В первую очередь мая 1943 года в нижнем лобовом странице корпуса показался лючок-лаз для подтягивания правой гусеничной ленты. Помимо этого, в Мае было решено отказаться от установки поручня на кормовом странице рубки.

Удобство его применения выяснилось очень вызывающим большие сомнения. Ближе к концу мая была введена мало расширенная конструкция башенки под панораму. Указанные переделки стали последними большими трансформациями, каковые вносились в конструкцию СУ-122. Стоит подчернуть, что кое-какие исследователи ввели понятие «серий» для незначительно отличающихся по конструкции САУ.

В действительности никаких серий ни у СУ-122, ни у последующих самоходных установок не было.

В целом май был более спокойным месяцем, удалось сдать все 100 автомобилей. Действительно, не обошлось без заводских недостатков. 19 мая обнаружилось, что у одной совокупности М-30 полностью просверлена стена цилиндра накатника. Зухер срочно приказал проверить все имевшиеся в то время автомобили (всего 140 штук). Подобные недостатки обнаружились еще на двух автомобилях, еще 100 САУ имели загрязнения совокупности под бронировкой.

По результатам проверки все неисправности устранили. Кроме этого имелись проблемы с поставками бандажей катков и коробок передач.

С этого ракурса видна наварка недалеко от установки стопора по-походному

Июнь 1943 года был довольно спокойным месяцем. Замысел удалось выдержать, завод сдал 100 СУ-122. Сложнее была обстановка в июле, причем не столько по браку, столько по погодным условиям. В начале месяца начались сильные дожди, дороги превратились в непролазное болото. В качестве испытательной автострады для танков и самоходных установкой выступала дорога, которая вела к поселку Бронзовый Рудник (сейчас Верхняя Пышма).

В связи с тем, что дорога имела стратегическое значение, Свердловский областной исполнительный комитет запретил проводить пробеги по дорогам. В следствии приемка поднялась намертво на 15 дней. К этому добавились неприятности с траками, вооружением и коробками передач.

В следствии в июле было принято 78 Т-34 и 72 СУ-122 (позднее второе число скорректировали до 76).

На данной машине еще имеется поручень, установленный на кормовом странице рубки. В Мае его убрали

Последним месяцем выпуска СУ-122 стал август 1943 года. По результатам боев на Курской дуге стало ясно, что нужно безотлагательно запускать в серию СУ-85. В связи с выпуском новой самоходной установки в Свердловске прекращалось кроме этого производство Т-34. На август 1943 года УЗТМ взял замысел на выпуск 25 СУ-122, в действительности же их приняли 32 штуки.

Всего же с декабря 1942 по август 1943 года в Свердловске выпустили 640 СУ-122.

Многозадачная совокупность

Вопрос применения СУ-122 в армиях был решен еще перед тем, как на УЗТМ закончили производство установочной партии. 27 декабря 1942 года вышло распоряжение ГКО №2662сс «О сформировании самоходных артиллерийских полков РГК». В соответствии с ним по штату № 08/158 предполагалось создать 30 самоходных артиллерийских полков (САП), в каковые должны были входить по 16 СУ-12 (СУ-76) и 8 СУ-122.

Первыми СУ-122 взяли 1433-й и 1434-й САП. Оба самоходных полка были организованы по штату № 08/191, что предусматривал смешанное комплектование автомобилями. Командирская машина, и 3 батареи по 4 САУ в каждой, комплектовались СУ-122, еще две батареи вооружались СУ-12 (СУ-76).

Изначально по той же структуре формировался и 1435-й САП, но позднее вместо СУ-122 он взял СГ-122. Совершенно верно такую же структуру (по 15 СУ-122 и 8 СУ-12) имели САП, взявшие номера в промежутках 1436–1444 и 1446–1451.

СУ-122 из состава 1433-го САП, март 1943 года

Прибывшие на Волховский фронт 1433-й и 1434-й САП, в соответствии с отчетам, использовались в качестве средств сопровождения танков и пехоты. Экипажи самоходных орудий ожидали окончания огневой подготовки, по окончании чего открывали пламя по сохранившимся огневым точкам соперника. Стало известно, что на подавление пулеметной точки этим автомобилям в среднем требуется 5–8 снарядов, а на ДОТ – 10–12. В среднем на один сутки боя для САУ требовалось приблизительно 3 боекомплекта.

самая эффективной расстоянием ведения огня являлись 300–400 метров.

Одна из СУ-122 на протяжении тактических учений

Отмечалось, что при доворотах орудий расчет подвергался риску. На громадных углах наведения существовала высокая возможность взять увечия на протяжении стрельбы. В целом боевое отделение было признано тесным, а условия работы расчета – неудобными.

Еще одной проблемой наведения по горизонтали стало то, что на громаднейших углах панорама «наблюдала» на стенку колпака.

Люк механика-водителя, что сделали «половинчатым», предназначался лишь для улучшения обзора в походном положении. Из частей шли требования сделать его шире, но технически это выяснилось неосуществимым, мешали через чур большие размеры артиллерийской совокупности. Малые размеры люка много раз приводили к тому, что при пожаре гибли механики-водители, не успевавшие покинуть горящую машину.

Одна из подбитых СУ-122, весна 1944 года

Испытания первых боев распознали и недочёты смешанной структуры САП. В следствии показался штат № 010/453. В соответствии с ему, в состав самоходного артполка входило 16 СУ-122 (4 батареи по 4 автомобили) и командирский Т-34. Как раз таковой штат имели полки, каковые принимали участие в битвах на Курской дуге. Тут соперником в первый раз по-настоящему массировано были применены германские тяжелые танки Pz.Kpfw. Tiger Ausf.E, средние танки Pz.Kpfw. Panther Ausf.D и самоходные орудия Ferdinand.

С этим «зверинцем» СУ-122 было нужно столкнуться достаточно тесно. В частности, автомобили из состава 1454-го САП оборонялись на северном фасе, закрывая Поныри. Не обращая внимания на кое-какие удачи в борьбе с германскими танками, стало ясно, что как противотанковое средство СУ-122 продемонстрировала себя не лучшим образом.

Ничего необычного тут нет, поскольку машина создавалась как штурмовая САУ.

Александр Томзов
/
К западу от Прохоровки: как это было
Интерактивный спецпроект Warspot о драматичных событиях на Курской дуге 12 июля 1943 года

  • ВМВ
  • танки
  • СССР
  • Германия

Решать проблему стали двумя дорогами. Первый заключался в организации производства самоходных установок СУ-85, вооруженных 85-мм орудиями Д-5С. Вторым методом стала разработка кумулятивного снаряда БП-460А. В соответствии с утвержденным нормам, в боекомплекте СУ-122 предусматривалось наличие 10 таких выстрелов.

Стоит подчернуть, что появление новых германских танков совсем не означало исчезновение СУ-122 из самоходных артиллерийских полков. Эти автомобили продемонстрировали себя как действенное средство помощи. Иные автомобили переживали по нескольку собственных экипажей.

Использовались СУ-122 и в битвах 1945 года.

СУ-122 на огневой позиции, 1943 год

В целом СУ-122 была в полной мере успешной военной машиной. При наличии последовательности недочётов она была действенным средством помощи пехоты и танков. В огне войны этих самоходных установок практически не сохранилось.

На данный момент известно о четырех автомобилях этого типа, сохранившихся до наших дней, из них комплектная всего одна. Это самоходная установка №305320, сражавшаяся в составе 1418-го САП, входившего, со своей стороны, в состав 15-го механизированного корпуса 3-й гвардейской танковой армии. Машина из 4-й батареи под руководством лейтенанта В.С.

Принорова принимала участие в наступательных битвах второй половины июля 1943 года. 24 июля на протяжении боя за село Никольское Свердловского района Орловской области машина была подбита. Замковой и наводчик погибли, механик и командир-водитель были ранены. Потом машина отправилась на ремонт, ее последующий боевой путь до тех пор пока малоизвестен. На протяжении эксплуатации ветхие опорные катки САУ были заменены на новые, без перфорации.

Сейчас эта машина находится в парке «Патриот».

Вадим Антонов
/
СУ-122 на новом месте
38 фотографий одной из немногих сохранившихся САУ СУ-122, представленной в экспозиции парка «Патриот»

  • ВМВ
  • артиллерия
  • СССР
  • военная техника

Создатель благодарит Игоря Желтова (г. Москва) за помощь в подготовке данного материала.

Источники:

  • Материалы ЦАМО РФ
  • Материалы РГАСПИ
  • Материалы РГАЭ
  • Материалы РГАКФД
  • Фотоархив автора

Гаубица Д-30 | Самый-самый | Т24

Темы которые будут Вам интересны: