Шит и другие большие мечты на малой базе

Не обращая внимания на то что освоение производства советского разведывательного танка-амфибии Т-40 проходило достаточно не легко, конструкторы вычисляли его платформу очень перспективной. На базе Т-40, в частности, предполагалось производить артиллерийский тягач ГАЗ-22, что в возможности должен был заменить «Комсомолец». Менее как мы знаем, что Т-40 рассматривался в качестве базы и для самоходных артиллерийских установок.

Солидная их часть так и осталась на бумаге, но как минимум одна такая машина была выпущена маленькой серией.

Небольшой истребитель

До лета 1941 года о Т-40 конструкторы очень не вспоминали. Работы с данной машиной шли в двух ранее определённых направлениях: создание и усиление вооружения на её базе артиллерийского тягача ГАЗ-22. Оба проекта дошли до фазы практической реализации, но нельзя сказать, что результаты были впечатляющими.

23-мм танковая пушка ПТ-23ТераБайт (танковая пушка калибра 23 мм совокупности Таубина — Бабурина) авторства ОКБ-16 разрабатывалась до мая 1941 года, в то время, когда Таубина и Бабурина арестовали. Случилось это, к слову, в том числе и в связи с махинациями около данной самой пушки, которую кроме того установили в Т-40, но после этого сняли и послали на опробования на аэросанях ОКБ-50. Но, и с аэросанями дело не задалось, потому, что пушка была бракованной.

А опробования тягача ГАЗ-22 продемонстрировали, что штатный двигатель танка ГАЗ-11 для применения в таковой роли слабоват. Предлагалось заменить его на более подходящий мотор — к примеру, ЗИС-16 (форсированный вариант двигателя грузовика ЗИС-5).

В это же время к лету 1941 года волна о наличии у немцев тяжёлых танков, поднятая информационной сводкой внешней разведки, докатилась и до автомобилей лёгкого класса. С конца мая начал прорабатываться вопрос о создании самоходных установок, базой для которых предлагалось применять как устаревшие лёгкие танки (Т-26 и БТ), так и перспективный Т-50, производство которого лишь разворачивалось.

9 июня 1941 года произошло заседание, на котором находились представители Главного автобронетанкового управления (ГАБТУ) и Главного артиллерийского управления (ГАУ) Красной армии. На нем был заслушан доклад главы III-го отдела Бронетанкового управления (БТУ) ГАБТУ военинженера 1-го ранга С. А. Афонина. В частности, Афонин предлагал разглядеть шасси БТ-5, Т-26, Т-50 и модифицированный трактор СТЗ-5 в качестве базы для истребителей танков с 57-мм пушкой ЗИС-2.

Т-26 и БТ-5 были сходу забракованы, потому, что их применение означало одновременно и перегрузку шасси, и небольшой боекомплект у перспективных САУ на их базе. В качестве самая подходящей базы рассматривался Т-50. Что же касается СТЗ-5, то он не доходил по целому последовательности параметров, не смотря на то, что теоретически создать на его базе самоходную противотанковую установку было в полной мере вероятно.

Совсем нежданно на заседании раздалось предложение спроектировать самоходную установку, применяя агрегаты танка Т-40. И не смотря на то, что обращение шла только о предложении, как раз заседание от 9 июня 1941 года можно считать отправной точкой в истории создания СУ-76.

Помимо этого, прорабатывался вопрос установки в Т-40 25-мм автоматической зенитной пушки 72-К, но дальше предложения дело с данной зенитной самоходной установкой не продвинулось. Несложнее и стремительнее выяснилось разместить зенитку в кузове грузовика.

Шит и другие большие мечты на малой базе

Проект самоходной установки ШИТ-72, оснащённой 25-мм зенитной автоматической пушкой 72-К

При с 57-мм противотанковой самоходной установкой приоритет взяла база Т-50. Уже 27 мая 1941 года были оформлены тактико-технические требования на «57-мм самоходную противотанковую артиллерийскую установку на базе танка Т-50». В соответствии с переписке по заводу № 174, машина должна была именоваться СУ-51.

Но, дальше тактико-технических требований дело не продвинулось. Начавшаяся Великая Отечественная война поставила крест на замыслах по выпуску самоходной установки. Было нужно позабыть и об применении в качестве базы для потенциальной САУ танка Т-40. Более того, в соответствии с распоряжению Совнаркома (СНК) СССР от 25 июня 1941 года, заводу № 37 министерства среднего машиностроения (НКСМ) им.

Орджоникидзе в Москве предписывалось к 1 августа 1941 года прекратить производство полубронированных артиллерийских тягачей Т-20 «Комсомолец» и разведывательных танков-амфибий Т-40. Вместо них в течение двух месяцев предполагалось наладить выпуск танков Т-50.

Но уже в середине июля в адрес Сталина было направлено письмо за подписью конструктора Н. А. Астрова и военпреда завода № 37 В. П. Окунева. Они обосновали ошибочность развёртывания выпуска Т-50 на заводе № 37 и предлагали вместо этого создать и наладить производство сухопутного танка на базе Т-40. Сталин идею поддержал, и 17 июля 1941 года вышло распоряжение ГКО № 179сс «О производстве лёгких танков Т-60 на заводе № 37 Наркомсредмаша».

Так, база Т-40 опять показалась в качестве перспективной платформы для самоходной артиллерии.

Эта же машина спереди

Тут нужно сделать пояснение в отношении структуры конструкторского бюро на заводе № 37. Носило оно наименование «Отдел 22» либо «22-й отдел», и в нём выделялось КБ-1, которое управлял Н. А. Астров. Именно это КБ создало Т-40, Т-30 и Т-60. Вместе с тем неспециализированное управление отделом 22 осуществлял Г. С. Суренян.

Астров, будучи начальником КБ-1, в один момент являлся помощником главы всего отдела 22, другими словами замом Суреняна.

Из-за некоего недопонимания организационной структуры КБ завода № 37 исследователи часто ошибаются и пишут, что Астров поменял Суреняна на должности начотдела 22, не смотря на то, что это не верно. Суренян сохранял собственную должность и в осеннюю пору 1941 года, и по окончании эвакуации завода в Свердловск, пребывав на ней впредь до весны 1942 года. Тогда как Астров сосредоточился на подготовке производства Т-30 и Т-60, Суренян курировал другие, не меньше ответственные вопросы.

К примеру, при активном участии Суреняна проводилась модернизация плавающего малого танка Т-38.

Самоходная установка ШИТ-37, оснащённая 37-мм зенитной автоматической пушкой 61-К

Летом 1941 года Суренян в инициативном порядке начал разрабатывать самоходную установку, применяя базу Т-40. Окончательный вид его проект, а правильнее, уже проекты, получил к 20-м числам августа. 27 августа в адрес главы ГАБТУ КА генерала Я. Н. Федоренко была послана пояснительная записка, и эскизные проекты «штурмовика-истребителя танков» (ШИТ).

Не нужно думать, что Суренян создал эти проекты от нечего делать. В тяжёлый для страны начальный период ВОВ подобные инициативы появлялись частенько. Для примера достаточно отыскать в памяти всё тот же Т-30, что кроме этого был инициативной разработкой.

Часть аналогичных проектов так и оставалась на бумаге, но кое-какие из них стали серийными изделиями. Мотивы Суреняна понятны из пояснительной записки:

«Главные узлы автомобили, как трансмиссия (основная передача, бортовые фрикционы, бортовая передача), ходовая часть, вся установка мотора с охлаждением, управление, всецело заимствованы из серийной автомобили Т-40. Все перечисленные узлы являются конструктивно проработанными и с громадной тщательностью доведены в ходе серийного их освоения (имеют полную техдокументацию).

Используемый на машине мотор ГАЗ-202 быстроходный, легкий автомобильный, очень надежный в эксплуатации в условиях танков, освоен серийным производством на Горьковском Автозаводе.

В установке оружия смогут быть использованы узлы автомобилей Т-26 и Т-50 (для пушки 45 мм).

Броневой корпус данной автомобили есть самым упрощенным, не требующим громадной станочной механической обработки. Главная обработка бронедеталей – резка гризогеном и сварка. При маленькой организации по термообработке бронедеталей данного корпуса, другая обработка очень дешева любому котельному заводу.

Обработка всех деталей автомобили проходит на среднего типа станочном оборудовании.

Марки сталей, используемых в машине, не имеют дорогих и дефицитных присадок ферросплавов.

[… ]

Выпуск таких танков в значительной степени может уменьшить стремительное пополнение фронта автомобилями с вооружением и хорошим бронированием.

Ограниченные углы обстрела из автомобиля всецело покрывают данный пробел при данном, очень легком весе автомобили, и, при сочетании с другими автомобилями, смогут с громадным успехом громить неприятеля.

Все варианты, в силу малых габаритов, легко маскируются, мало уязвимы, легко транспортируются на грузовиках.

Воображая при сем неспециализированные виды (схематичные) и макет таковой автомобили, прошу содействия и Вашего разрешения в построении таковой автомобили.

Умелые автомобили смогут быть изготовлены в месячный срок.

Мне думается, что серийное изготовление таких автомобилей нужно организовать срочно».

В соответствии с концепции, ШИТ создавалась как военная машина минимальных размеров, имеющая вооружение и противоснарядную броню, разрешающее бороться с современными танками. Наряду с этим должна была максимально употребляться база Т-40. Как минимизировались размеры САУ, красноречиво говорит тот факт, что протяженность корпуса ШИТ-37, самой громадной автомобили из предлагаемой линейки штурмовиков-истребителей танков, составляла 3200 мм.

Для сравнения, протяженность корпуса базисного танка Т-40 составляла 4110 мм.

Во всех трёх представленных вариантах автомобили двигатель пребывал в кормовой части. Агрегаты были скомпонованы так хорошо, как это по большому счету было вероятно.

Более большая орудийная совокупность вынудила Суреняна сделать рубку больше и отказаться от рациональных углов наклона бортовых страниц

Самой лёгкой и владеющей наряду с этим наименее не сильный оружием была самоходная артиллерийская установка ШИТ-72. Её обозначение было напрямую было связано с оружием — 25-мм автоматической зенитной пушкой примера 1940 года, носившей наименование 72-К. Не обращая внимания на то что эта пушка считалась зенитной, она имела возможность в полной мере действенно бороться и с легкобронированной наземной техникой.

Малые размеры данной автомобили предопределили и небольшой боекомплект — всего 100 снарядов. Но, к примеру, у германского лёгкого танка с похожим оружием Pz.Kpfw.II боекомплект также был маленьким: для 20-мм пушки Kwk 30/KwK 38, кроме этого имевшей зенитные корни, он составлял всего 120 снарядов.

При массе 5400 кг ШИТ-72 должна была иметь толщину лобовой брони 60 мм, бортов — 45 мм, кормы — 30 мм и крыши — 10 мм. В то время таковой бронёй владел далеко не все средний танк. В соответствии с расчётам, динамика ШИТ-72 должна была остаться на уровне Т-40.

Более большой и тяжёлой была вторая самоходная установка, имевшая на вооружении автоматическую зенитную пушку. Она имела обозначение ШИТ-37, а в качестве её оружия выступала 37-мм автоматическая зенитная пушка примера 1939 года, она же ЗИК-37, она же 61-К. Размер её боекомплекта был таким же, как и у ШИТ-72, — 100 снарядов.

Чтобы вписать пушку в габариты автомобили, её кроме этого установили в перевёрнутом виде. Более большая пушка вынудила поднять высоту корпуса с 1350 до 1520 мм, а боевая масса установки выросла до 5800 кг. Бронирование всецело повторяло схему ШИТ-72. Повышение массы, согласно точки зрения Суреняна, не должно было оказать влияние на динамические чертей.

Что касается огневой мощи, то 61-К по своим чертям как минимум не уступала 45-мм противотанковой пушке и в полной мере удачно имела возможность употребляться против германских танков того периода.

Самоходная установка ШИТ-45. Пунктиром даны, для сравнения, габариты Т-40

Наконец, самым тяжёлым вариантом был ШИТ-45, вооружённый 45-мм противотанковой пушкой. По габаритам эта САУ приблизительно соответствовала ШИТ-72, но за счёт более боекомплекта и тяжёлой пушки её проектная боевая масса выросла до 6 тысячь киллограм. Дабы не переступить эту планку и не утратить динамику Т-40, толщину лобового страницы было нужно уменьшить до 45 мм.

Идею Суреняна по замене Т-40 на самоходные установки в ГАБТУ КА не оценили. 24 сентября 1941 года было подготовлено заключение, которое выяснилось отнюдь не в пользу «штурмовика-истребителя танков». Армейским не понравилась через чур плотная компоновка боевого отделения, которая отнюдь не содействовала удобству работы экипажа, и скорости перезарядки орудия.

В штыки было встречено и очень сильно выступающее вперёд оружие, которое снижало манёвренность автомобили при перемещении в лесу и по пересечённой местности. Небходимо отметить, что вынесенное вперёд оружие должно было расширить нагрузку на передние опорные катки, что ускоряло бы их износ. Одним словом, идею забраковали.

Сравнительные характеристики германских и отечественных танков, и «штурмовиков-истребителей танков»

Не обращая внимания на столь маленькую и несчастливую судьбу, «штурмовик-истребитель танков» стал первой самоходной установкой на базе лёгкого танка, созданной в армейский период. Суренян ещё неоднократно возвращался к идее переделки малых танков в самоходные установки. Но, это уже были идеи, связанные с другой машиной, Т-60.

Помимо этого, потом созданная Суреняном концепция с боевым малого отделением и базой танка в передней части автомобили много раз предлагалась и конструкторами вторых КБ.

База для «Катюши»

Об идее применения базы Т-40 для перспективных боевых автомобилей конструкторы отыскали в памяти в сентябре 1941 года. Связано это было, как ни необычно, с реактивными ракетными установками . Первоначально совокупности М-13 и М-8 монтировались на шасси трёхосных грузовиков ЗИС-6.

Довольно часто замену базы, состоявшуюся в осеннюю пору 1941 года, связывают с прекращением производства ЗИС-6 и эвакуацией завода им. Сталина, но это не верно. Да, выпуск ЗИС-6 закончился, но для установки совокупностей М-8 и М-13 в полной мере возможно было применять уже имеющиеся в наличии грузовики. Так было, к примеру, с самоходками ЗИС-30, на выпуск которых пошли тягачи «Комсомолец».

Наряду с этим производство тягачей закончилось ещё 1 августа 1941 года, а монтировать на них противотанковые пушки ЗИС-2 начали лишь в сентябре.

На деле неприятность оказалась в другом. Ещё в августе 1941 года стали поступать сведения о проблемах с шасси ЗИС-6. Если сравнивать с базисной машиной боевая масса РСЗО выросла на несколько тысячь киллограм, что не имело возможности не сказаться на проходимости автомобили на просёлочных дорогах.

Отчёт об опробованиях — всё, что сохранилось по установке М-13 на шасси Т-30

Для решения проблемы КБ завода «Компрессор» (г. Москва) создало установки М-13 на шасси трактора СТЗ-5, полугусеничного тягача ЗИС-42 и танка Т-40. Но, в последнем случае базой для таковой установки практически послужил танк Т-30, потому, что как раз так официально именовался Т-40 с 31 августа 1941 года. В соответствии с отчёту завода № 37, 4 сентября 1941 года четыре танка Т-30 без башен были направлены на завод «Компрессор».

19 числа В том же направлении отправилось ещё три шасси. Если судить по отправкам, уже на этом этапе применение Т-30 в качестве базы для ракетной установки было делом фактически решённым.

Распоряжение ГКО № 726сс от 30 сентября 1941 года, которым на вооружение были приняты реактивные системы залпового огня М-13 на шасси СТЗ-5 и М-8 на шасси Т-30

14 сентября 1941 года опытный образец «М-13 на шасси Т-60» вышел на сравнительные опробования. Пускай никого не смущает индекс Т-60 — на деле речь заходит о шасси, всецело аналогичном шасси Т-40, за тем исключением, что водоходное оборудование на него не ставили. На опробованиях фаворитами были М-13, установленные на шасси Т-30 и СТЗ-5.

Но, относительно маленький клиренс сыграл собственную негативную роль: при подвижности, сравнимой с ЗИС-42, по болотистой местности установка М-13 на базе Т-30 двигалась с громадными трудностями.

Как ни необычно, по результатам опробований армейские выбрали М-13 на базе полугусеничного грузовика ЗИС-42. Но тут в дело вмешался ещё один очень важный фактор. С производственной точки зрения это шасси выяснилось самый уязвимым, потому, что его серийный выпуск ещё толком и не начался.

С учётом данной неприятности победителем выяснилось шасси СТЗ-5, пускай и не такое быстроходное, но имеющееся в достаточных количествах.

Установка М-13 на шасси СТЗ-5, имевшая заводской индекс КС-75, была принята на вооружение РККА распоряжением ГКО № 726сс от 30 сентября 1941 года. По замыслам, первые автомобили на данной базе должны были поступить в армии к середине октября 1941 года.

Этим, фактически, и разъясняется, из-за чего эти системы залпового огня прекратили устанавливать на ЗИС-6.

Переписка по заводу «Компрессор», в которой указан заводской индекс М-8 на шасси М-30

Но, всё это совсем не означало, что базу Т-30 не будут применять для других целей. 27 сентября на Софринском артиллерийском полигоне начались опробования установки М-8 на шасси Т-30. Это изделие, взявшее заводской индекс КС-77, было кроме этого создано на заводе «Компрессор». В один момент со сменой базы изменилась и сама установка М-8.

Её направляющие были удлинены до 2 метров, а количество сократилось до 12. Так, сейчас залп производился не тридцатью шестью, а двадцатью четырьмя реактивными боеприпасами РС-82.

На шасси Т-30 изменялся подбашенный лист. Вместо башни устанавливалась совокупность М-8, которая имела возможность наводиться как по вертикали, так и по горизонтали. В отличие от М-8 на шасси ЗИС-6, устойчивости базы Т-30 было достаточно, дабы обходиться при стрельбе без дополнительных упоров, что заметно сократило время приведения автомобили в боевое положение.

Единственное точное изображение М-8 на шасси Т-30

На опробования вышли два варианта автомобили, отличавшиеся конструкцией направляющих. У первой они были коробчатой формы и закреплялись на раме. В конструкции употреблялись откидные пиропистолеты совокупности инженера Горелика.

У второй автомобили направляющие имели форму двутавра (как и на М-13), крепились на раме, а пиропистолеты были созданы в НИИ-3.

Направляющие второй автомобили, как и её пиропистолеты, были низкого качества, что оказало влияние на результаты опробований. Из 24 снарядов при залпе сработало 17, в то время как у первого варианта не сработал всего один боеприпас. Совсем другая обстановка была при стрельбе на кучность.

Опробования первого вариант РСЗО из-за неприятностей с электрикой было нужно прекратить уже по окончании двух выстрелов, второй вариант смог произвести на два выстрела больше.

По результатам опробований оба варианта были признаны приблизительно равнозначными, но в серию было решено разрешить войти второй. Приняли эту РСЗО на вооружение тем же распоряжением ГКО, что и М-13 на базе трактора СТЗ-5.

Сводка по выпуску ракетных установок по состоянию на 1 декабря 1941 года. Она показывает настоящие размеры поставок М-8 на базе Т-30. Будущее остальных шасси Т-30, увы, малоизвестна

В соответствии с распоряжению ГКО № 726, первый полк, вооружённый М-8 на шасси Т-30, предполагалось организовать к 15 октября 1941 года. Всего же за октябрь предполагалось выпустить 72 такие автомобили. На деле обстановка развивалась по паре иному сценарию.

За октябрь 1941 года завод № 37 смог поставить всего 14 шасси Т-30. А 9 октября было подписано распоряжение ГКО № 752сс «Об эвакуации фабрик: № 37, КИМ, Подольского и танкового производства Коломенского завода». Так, завод «Компрессор» взял всего 21 шасси, включая те, что употреблялись для умелых работ.

Стоит подчернуть, что серийная установка М-8 на шасси Т-30 пара отличалась от умелых автомобилей. Слева от пусковой установки показалась рубка, в которой был начальник, он же оператор М-8. По замыслам, изготавливать рубки должен был Подольский завод им.

Орджоникидзе, но ввиду загруженности поставки затянулись. Вследствие этого выпуск рубок был возложен на «Компрессор».

По состоянию на 10 октября 1941 года в работе пребывало 15 автомобилей. В следствии задержки отдельных узлов к 1 ноября было сдано всего три М-8. Позднее десять М-8 на шасси Т-40 появляются в сводках выпуска завода фрезерных станков (город Неприятный), но эта информация не должна вводить в заблуждение.

Дело в том, что в том направлении поступали шасси Т-60, каковые производил ГАЗ им. Молотова.

Что же касается завода «Компрессор», то он всецело перешёл на выпуск М-13 на базе СТЗ-5. В сводках за январь проскакивают ещё две М-8 на шасси Т-60, и в полной мере быть может, что в действительности это были две автомобили на шасси Т-40. Так, возможно сказать о постройке трёх умелых и трёх-пяти серийных автомобилей.

Не считая переписки и схематичного рисунка, о них больше никакой информации не сохранилось.

Источники:

  • Материалы ЦАМО РФ.
  • Материалы РГАСПИ.
  • Материалы из архива автора.

Тимофей Быковский про оружие римского легионера

Темы которые будут Вам интересны: