Проигравший конкурент тридцатьчетвёрки

На протяжении ходовых опробований Т-46-5 продемонстрировал проходимость не хуже, чем у многих советских танков и показал хорошую скорострельность. Наряду с этим во второй половине 30-ых годов XX века мощности его пушки уже недоставало для действенной борьбы с некоторыми зарубежными танками. В следствии из-за принятия на вооружение более успешного среднего танка Т-34 от проекта Т-46-5/Т-111 решили отказаться

Испания вносит коррективы

Гражданская война в Испании 1936-39 годов незаслуженно мало освещается в прессе, публицистике и кинематографе. С одной стороны, подобная обстановка в полной мере объяснима – Вторая мировая война заслонила собой данный локальный конфликт и по масштабности, и по количеству жертв. Но как раз боевые действия в Испании во многом предопределили интернациональную обстановку в Европе перед нападением Германии на Польшу, и способы ведения будущей тенденции и войны последующего развития оружий.

Поля сражений Испании практически послужили полигоном, на котором германские, итальянские и советские армейские эксперты смогли испытать новейшие оружия на практике.

В испанском небе испытывалась бомбардировочная авиация, «мессершмитты» в первый раз столкнулись с советскими И-16, а на земле в первый раз по окончании Первой Мировой происходили встречные танковые битвы. Эти сражения вскрыли один большой недочёт тогдашних танков, осознание которого существенно оказало влияние на последующее развитие танкостроения в СССР и Третьем Рейхе.

Оказалось, что лёгкие автомобили, из которых были организованы фактически все бронетанковые силы государств, чья техника сражалась в Испании, легко поражаются боеприпасами противотанковых пушек. Противопульная броня толщиной менее 30 мм легко пробивалась не только 37-мм бронебойными боеприпасами, но и боеприпасами 20-мм зенитных автоматических пушек. В СССР светло осознавали, что в условиях будущей всемирный войны Красной Армии безотлагательно потребуются танки с противоснарядным бронированием.

Стоит подчернуть, что к некоторым советским танковым конструкторам это познание пришло кроме того раньше, ещё до войны в Испании.

Проигравший конкурент тридцатьчетвёрки

Подбитый танк БТ-5, принадлежавший республиканской армии

Источник – war.ee

В начале 1936 года помощник директора ленинградского завода №185 Семён Александрович Гинзбург послал в моторизации и Управление механизации (потом – УММ) донесение, в котором показывал на недостаточную броневую защиту главных советских танков сопровождения и прорыва, которыми в то время являлись БТ-7 и Т-26. Разрабатываемые на их базе новые танки БТ-7-ИС и Т-46 эту проблему не решали, поскольку их броня оставалась противопульной.

Гинзбург предлагал на базе танка Т-46 создать новый главный средний танк с противоснарядным бронированием толщиной в 30-35 мм. В качестве силовой установки танка предлагалось применять бензиновый двигатель МТ-5 мощностью 320 л. с., а главное оружие предполагалось покинуть то же, что устанавливалась на БТ-7 и Т-26 – 45-мм танковую пушку 20К.

Её пробивной способности в полной мере хватало, дабы действенно бороться с любой бронированной техникой государств-потенциальных соперников СССР того времени. К донесению прилагался эскизный проект называющиеся «Танк СП обр. 1936 г.», информации о котором не сохранилось, за исключением отрывочных сведений из пояснительной записки.

Тут стоит остановиться на личности истории предприятия и самого конструктора, в управлении которым он учавствовал, чтобы выяснить, из-за чего данное донесение было пристально изучено армейским управлением СССР.

С.А. Гинзбург у истоков советского танкостроения

К концу 20-х годов юная Страна Советов уже достаточно окрепла по окончании разрушительной Гражданской войны, дабы задуматься о развитии новейших видов оружий. Они были очень нужны СССР ввиду агрессивного отношения к нему фактически всего капиталистического мира, страны которого сейчас кроме этого начали модернизировать собственные вооружённые силы.

С.А. Гинзбурга, трудившегося в Главном конструкторском бюро Орудийно-арсенального треста (ОАТ), прописали главой группы конструкторов, которой поручили создать новый танк Т-19 вместо устаревшего Т-18. Коллектив, хоть и с нарушением сроков, с работой справился, но военных клиентов не устроила большая цена нового танка и его низкая надёжность.

В следствии закупочная рабочая группа, помощником главы которой прописали Гинзбурга, заключила договора о лицензионном производстве в СССР американского танка М1931 конструктора Джона Уолтера Кристи и танка британской компании «Виккерс-Армстронг» Виккерс Mk E (англ. – Vickers Mk E). Несколько Гинзбурга создала техдокументацию для британского танка, что в СССР взял индекс Т-26.

Позднее Гинзбург возглавил Особое конструкторское бюро (потом – СКБ) Всесоюзного орудийно-арсенального объединения (как раз так начал называться ОАТ) – организацию, в которую вошла и его несколько. СКБ разрабатывало техдокументацию для запуска в производство на Харьковском паровозном заводе американского танка М1931, которому в СССР присвоили индекс БТ. После этого коллектив трудился над созданием Т-28 – среднего трёхбашенного танка с противоснарядным бронированием, это первенствовал коммунистический средний танк, запущенный в серийное производство.

В первой половине 30-ых годов двадцатого века Гинзбурга перевели на пост помощника начальника умело-конструкторского машиностроительного отдела (потом – ОКМО) ленинградского завода №174 имени К.Е. Ворошилова, созданного на базе танкового производства завода «Коммунист». Руководил ОКМО Николай Всеволодович Барыков, до этого трудившийся в совместном немецко-советском КБ АВО-5, где он и его сотрудники приобрели опыт сотрудничества с германским конструкторским бюро Эдуарда Гроте.

Коллектив АВО-5 создал первый коммунистический средний танк ТГ с противоснарядным лобовым бронированием толщиной 44 мм. Машина была реализована в металле, но в серию не отправилась из-за высокой себестоимости.

Сейчас в ОКМО вместе с Гинзбургом и Барыковым собрались конструкторы, каковые за время работы над танками Т-26, БТ, ТГ и Т-28 купили бесценный опыт знакомства с британской, американской и германской школами танкостроения. В первой половине 30-ых годов XX века на базе ОКМО появился завод №185 либо Умелый завод «Спецмаштреста» (с 1936 года – имени С.М. Кирова).

Директором нового предприятия прописали Н.В. Барыкова, а его помощником по конструкторской работе стал С.А. Гинзбург.

Танк против снарядов

Семён Александрович прекрасно знал танк Т-46, созданный на заводе №174, так как его подготовку и доводку к серийному производству осуществляли эксперты завода №185. Исходя из этого Гинзбург внес предложение пойти дальше, создав на базе танка Т-46 универсальный средний танк, броня которого выдерживала бы попадания противотанковых снарядов. Также, он внес предложение отказаться от свойства танка передвигаться без гусениц на колёсном ходу – это снизило бы цена автомобили, упростило её конструкцию и повысило надёжность.

Корпус танка Т-46 в экспозиции под открытым небом музея ВОВ в Москве

Источник – aviarmor.net

Вес будущего танка должен был пребывать в пределах 14-18 тысячь киллограм, а силовая установка – снабжать большую скорость 40-45 км/ч (по шоссе). По расчётам экспертов, на пересечённой местности скорость автомобили достигала бы 30 км/ч, а ёмкость баков снабжала бы приличный запас хода в 250-300 км.

Управление страны прислушалось к точке зрения заслуженного конструктора, были выделены нужные средства, и в том же 1936 году на заводе №185 изготовили бронированный корпус нового танка, взявшего индекс Т-46-3. Для его изготовления употреблялись страницы цементированной брони. Это была броня, поверхностно упрочненная путём насыщения её наружного слоя кремнием и углеродом на глубину от нескольких десятых миллиметра до нескольких миллиметров.

Она владела лучшими прочностными чертями, чем простая гомогенная броня, но при работе с ней появлялся последовательность неприятностей. Главной сложностью была деформация цементированной брони при сварке (в местах швов сталь отпускалась и коробилась), исходя из этого при сборке корпуса Т-46-3 было нужно применять заклёпки из самозакаливающейся стали Э16, и бронеболты и гужоны. Но таковой корпус во второй половине 30-х годов уже устарел, исходя из этого поступило распоряжение создать новый корпус из простой гомогенной броневой стали толщиной 40-45 мм.

В начале 1937 года Гинзбург создал проект нового танка Т-111, взявшего на заводе индекс Т-46-5. Его корпус кроме этого планировалось собирать из страниц цементированной брони, но сейчас при их стыковке должно было употребляться новшество – электрическая сварка, разрешавшая избегать отпускания цементированного слоя и трансформации геометрии брони.

Т-46-5 – вид спереди

Источник – walkure.pro

Но во второй половине 30-ых годов XX века в СССР началась череда арестов среди конструкторов и военспецов, которые связаны с производством военной техники. Масштабные армейские учения лета-осени 1936 года продемонстрировали ненадёжность советской бронетехники, и власти начали «стимулировать» конструкторов, наказывая самый, согласно их точке зрения, виновных в сложившемся положении. Гинзбургу удалось избежать ареста, но целый 1937 год он, как человек, пребывавший под подозрением, был отстранён от работы.

Лишь зимний период 1938 года, в то время, когда вместо арестованного и расстрелянного Иннокентия Андреевича Халепского управление над УММ принял храбрец Испании генерал Дмитрий Григорьевич Павлов, работы над Т-46-5 возобновились.

Со сменой управления изменились и требования к новой машине – сейчас у Т-46-5 толщина лобовых бронедеталей должна была достигать 60 мм. Пройдя битвы Испанской войны, генерал Павлов на практике убедился, что советским танкам нужно надёжное лобовое бронирование.

Т-46-5 во дворе завода – вид справа

Источник – walkure.pro
Прототипу – быть

Прототип Т-46-5 собрали в апреле 1938 года из цементированной брони. Толщина его верхнего и нижнего бронелистов, расположенных под углами соответственно в 20° и 12°, достигала 60 мм, а среднего, практически горизонтального (82°) – 30 мм. корма и Борт кроме этого были забронированы 60-мм страницами. Толщина стенок литой башни достигала 50 мм, ее крыши и крыши корпуса – 20 мм. Дно танка сваривалось из страниц различной толщины – от 30 мм в передней части танка (для противодействия противотанковым минам), до 20 мм – в кормовой.

Компоновка танка пара отличалась от хорошей советской: в первых рядах размещалось отделение управления, среди которого устанавливалась трансмиссия; после этого следовало боевое отделение, и в кормовой части танка размешалось моторное.

Т-46-5/Т-111 – вид слева

Источник – academic.ru

Место механика-водителя с приборами и приспособлениями управления пребывало в передней части танка с левой стороны, справа же размещалась радиостанция 71-ТК-1 с источниками РУН и-120 питания РУН-10. За ними размешались места командира экипажа и заряжающего. Кормовое моторное отделение отгораживалось от боевого железной перегородкой с шиберами (створками), снабжавшими доступ к пускателю и карбюратору V-образного 8-цилиндрового карбюраторного двигателя воздушного охлаждения МТ-5-1 мощностью 320 л. с.

Т-46-5 на опробованиях

Источник – survincity.com

В башне монтировалась 45-мм танковая пушка 20К и спаренный с ней пулемет ДТ, защищённые единой бронированной маской. Второй пулемёт ДТ размешался в задней части башни. Механизм поворота имел ручной и электромеханический приводы, снабжавшие вращение башни с разными скоростями.

Эскиз танка Т-46-5/Т-111

Источник – dogswar.ru

Ходовая часть уникальной конструкции очень сильно отличалась от устройства вторых советских танков. Она складывалась из шести сдвоенных опорных катков на один борт, сблокированных в три тележки на листовой рессорной подвеске, размещённой в корпуса танка. Такое инженерное ответ усложняло ремонт и демонтаж ходовой части Т-46-5, так как лишало экипаж доступа к ней снаружи.

Не считая катков, на каждую гусеницу приходилось по три поддерживающих ролика. Из-за переднего размещения трансмиссии ведущими у автомобили были передние колёса, а направляющими – задние. Гусеницы употреблялись мелкозвенчатые с траками шириной 500 мм.

Т-46-5 форсирует линию упрочнений на полигоне

Источник – survincity.com
О важности двигателя в карьере танка

Опробования нового танка проводились весной-летом 1938 года. При его обстреле подтвердились ожидания, что машина будет неуязвима для самых распространённых у потенциальных соперников средств противотанковой обороны – 37-мм и 45-мм противотанковых орудий. Не имела возможности пробить броню Т-46-5 и 76,2-мм полковая пушка примера 1927 года.

На протяжении ходовых опробований, совершённых на полигоне в Кубинке, Т-46-5 продемонстрировал проходимость не хуже, чем у многих советских танков и показал хорошую скорострельность. Наряду с этим армейские приёмщики признавали, что во второй половине 30-ых годов XX века мощности танковой пушки 20К уже недоставало для действенной борьбы с этими зарубежными танками, как германский средний Pz.Kpfw.III либо французский FCM-36, но заменить её вторым, более действенным орудием выяснилось проблематично.

Конструкторы желали установить на танк 76-мм танковую пушку ПС-3, но её коллега и создатель Гинзбурга по заводу №185 конструктор П.Н. Сячинтов был арестован в конце 1936 года и расстрелян во второй половине 30-ых годов XX века. ПС-3 сняли с производства, а выпускавшаяся вместо 76-мм пушка Л-10 конструктора И.А.

Маханова не отличалась высокой надёжностью, да и не становилась в башню Т-46-5. Исходя из этого было решено до появления нового, более совершенного 76-мм орудия, временно покинуть танку уже установленное на нём 45-мм орудие 20К.

Т-46-5 на полигоне перед надолбами

Источник – nnm.me

Серьёзные неприятности появились у конструкторов с ходовой частью Т-46-5, так как из-за повышения бронирования вместо максимально допустимых 18 тысячь киллограм его вес достиг 32,25 тонны. Ни ходовая часть автомобили, ни её силовая установка, ни трансмиссия не были вычислены на столь большие нагрузки. Большая скорость, развиваемая существенно потяжелевшим танком, составляла всего 31 км/ч, а неспециализированная ёмкость его топливных баков в 492 л снабжала запас хода по шоссе всего 126 км.

Оба этих показателя категорически не устраивали армейских клиентов, к тому же, на пересечённой местности они понижались, соответственно, до 16 км/ч и 90 км.

Для исправления обстановки решили силами завода №185 создать новый дизельный танковый двигатель ДТМ-8 мощностью 400 л. с., но по многим причинам работы над ним остановили. Быть может, что главным причиной этого послужила разработка на Харьковском паровозном заводе более перспективной силовой установки легендарного танкового дизеля В-2. Т-46-5 оснастили ею в начале 1940 года, дабы испытать танк в боевых условиях в сражениях Советско-финской войны 1939-40 годов, но опоздали закончить работы вовремя, и танк в военных действиях поучаствовать опоздал.

Т-46-5 на склоне

Источник – nnm.me

Позднее из-за принятия на вооружение более успешного во всех отношениях главного среднего танка Т-34 от проекта Т-46-5/Т-111 решили отказаться. Единственный произведённый пример послали на склад НИИ бронетанковой техники в Кубинке, по окончании чего путь данной автомобили теряется. Последнее упоминания о ней в отчётной документации университета датируется апрелем 1946 года.

Модель-копия танка Т-46-5

Источник – bronetechnikamira.ru

Примечательно, что участие в разработке танка Т-46-5 принимал и Михаил Ильич Кошкин – один из создателей легендарного танка Т-34. До собственного перевода на Харьковский паровозный завод он трудился в Ленинграде на заводе №185 помощником С.А. Гинзбурга и за участие в разработке танка Т-46-5 был награждён орденом Красной Звезды.

М.И. Кошкин – основной конструктор танкового КБ завода №183 с 1936 по 1940 год

Источник – morozov.com.ua

5 дюжина, Проигравших Гонку Оружий. НЕ КАЧАТЬ!

Темы которые будут Вам интересны: