Первый танк шведской армии

14 августа 2014 года Швеция отметила 200-летие со дня подписания перемирия с Норвегией. С 1814 года Швеция больше не сражалась, сохраняя вместе с тем наибольшую в регионе армию. Через 100 лет затем шведы имели возможность опять вступить в войну. Но в следствии ожесточённой дискуссии между шведскими политиками было решено воздержаться от объявления войны России.

Начавшаяся 2 августа 1914 года в стране мобилизация не переросла в настоящие боевые действия, и кровавая мясорубка Первой Мировой обошла Швецию стороной.

Вместо этого шведы смогли получить, поставляя различные материалы и продовольствие обеим сторонам конфликта, среди них и Германии. А по окончании окончания войны, не обращая внимания на собственный нейтральный статус, Швеция поспешила приобщиться к передовым достижениям военной мысли вести войну государств. В следствии первым танком шведской армии стал опоздавший на войну германский LK-II, принятый на вооружение как Strv m/21.

Барыши нейтралитета

Торговля с Германией была выигрышной не только с позиций прибыли, но и в армейском отношении. Нужно заявить, что с некоторыми германскими производителями, такими, как концерн Krupp, шведские оружейные компании, например, Bofors, до Первой мировой соперничали. А по окончании начала войны начались плотные контакты в оборонной сфере. Как раз от немцев в январе 1918 года шведские армейские определили о новом типе оружия — танках.

Трофейный британский танк был показан шведской делегации.

Первый танк шведской армии

Знакомство шведских армейских с трофейным британским танком. Германия, январь 1918 года

Германское танкостроение сейчас переживало далеко не лучшие времена. В начале 1918 года велись ожесточённые споры между Йозефом Фольмером, что руководил разработками танков, и германским генералитетом. Согласно точки зрения Фольмера, вместо бронированных чудовищ наподобие 120-тонного K-Wagen, что ему заказали, требовалось строить сотнями лёгкие танки LK (Leichte Kampfwagen, дословно «лёгкая военная машина»), вооружённые пулемётами или лёгкими пушками.

К слову, LK, весьма похожий на английский средний танк Mk.A Whippet, на деле был собственной германской разработкой.

Хоть как-то пробить брешь недоверия генералов к LK удалось лишь с возникновением Mk.A Whippet на полях сражений. Произошло это в марте 1918 года. До того программа LK, запущенная ещё в сентябре 1917 года, всегда торпедировалась армейским управлением. В итоге германские генералы доигрались: за всю войну армия Германии взяла всего 20 тяжёлых танков A7V. Что же касается LK, то с организацией его производства немцы и вовсе опоздали. К ноябрю 1918 года было произведено всего два LK-II.

Куда больше выяснилось недостроенных автомобилей.

Таким LK-II был в исходной конфигурации. Серийный танк смотрелся совсем в противном случае

Стоит мало остановиться на том, что же собой воображал LK-II. В большинстве случаев, говоря об этом танке, подразумевают военную машину с пушкой в казематной установке. В действительности в осеннюю пору 1918 года танк эволюционировал . 57-мм пушка, которую изначально предполагали на него устанавливать, была через чур большой. Вместо неё в сентябре 1918 года конструкторы Krupp создали 37-мм пушку, которую кроме этого предполагалось ставить в казематной установке.

Тогда же приблизительно треть танков было решено сделать пулемётными. Устанавливать пулемёт предполагалось уже во вращающейся башне.

В один момент начались важные переделки корпуса. Лобовой лист моторного отделения лишился воздуховодов и взял скос вперёд. Переделанным выяснилось и боевое отделение. Эти факты весьма многие исследователи упускают из виду, полагая, что LK-II предполагалось производить в исходном виде.

Ещё увлекательнее то, что 37-мм орудие в LK-II производитель установить опоздал, так что пулемётная версия стала главной и, по сути, единственной. Имеется важные основания считать, что по окончании Компьенского перемирия как раз такие автомобили немцы продолжили достраивать.

В соответствии с замыслам германских армейских от 30 сентября 1919 года, в армии Веймарской республики предполагалось иметь 100 лёгких танков. Но, замыслы эти просуществовали недолго: уже 10 января 1920 года начал функционировать Версальский соглашение, по которому танки для Германии были запрещены. Это не помешало немцам в том же 1920 году реализовать Венгрии 14 LK-II. Смотрелись они совершенно верно равно как и те танки, каковые позднее появились в Швеции.

Как раз так должны были смотреться и серийные LK-II с пулемётным оружием, каковые опоздали на поля сражений Первой Мировой.

«Тяжёлый трактор», что предлагала шведам компания SteffenHeymann из Берлина

В первый раз попытку заполучить танк шведские армейские предприняли в июле 1919 года. Если судить по тому, что обращение шла о лёгком танке, глава Генштаба генерал Карл Бильдт собирался купить британский Mk.A Whippet. На это показывает и запрошенная сумма — 40 тысяч шведских крон.

Но, отсутствие в казне денег вынудило армейских забыть об данной идее.

Возвратились шведы к вопросу получения танков в апреле 1920 года. В структуре шведского военного управления был создан «Пехотный комитет», что занимался изучением использовавшихся в годы Первой Мировой образцов оружия. К ним относились и танки. Подчинялся комитет артиллеристам, и ничего необычного в этом нет: во многих государствах, включая и СССР, до определённой поры танки относились к артиллерии.

В итоге шведские армейские однако смогли выбить из парламента финансирование. 11 января 1921 года на «техническую помощь» была выделена внушительная сумма в 1 651 900 шведских крон.

Приблизительно одвременно с этим из Берлина пришло сообщение от майора Лофтмана. Армейский атташе запросил у KAAD (Kungliga Armeforvaltningens artilleridepartement, Департамента артиллерии королевской армии) разрешение на поиск в Германии дорог приобретения артиллерии и танков. Получив разрешение, Лофтман достаточно скоро вышел на компанию SteffenHeymann из Берлина.

В соответствии с письму от 21 февраля, ею предлагалась буксируемая артиллерия, артиллерийские тягачи, оружие для танков и, что самое основное, сами лёгкие танки.

Первые танки шведской армии в ходе приёмки, 1922 год

Компания SteffenHeymann являлась не производителем, а посредником, за которым находились большие германские компании. 18 марта 1921 года из Берлина пришло письмо, в котором в первый раз показалась конкретика. За 184 тысячи марок клиентам предлагался «лёгкий тягач» без указания производителя.

На приложенной фотографии легко узнается Hanomag WD Z 25. К слову, во второй половине 20-ых годов XX века на базе как раз этого трактора была создана самоходная установка с оружием, состоявшим или из 77-мм полевой пушки 7.7 cm Feldkanone 96 n.A., или из 37-мм противотанковой пушки 3.7 cm Tak. Второй, тяжёлый трактор, предлагавшийся SteffenHeymann, был куда увлекательнее.

Оснащённый 35-сильным двигателем, он имел тягу в 7 тысячь киллограм. На приложенной фотографии легко узнавалось шасси LK-II. Для приличия его моторный отсек прикрыли капотом, но то, что это изначально был совсем не трактор, эксперт легко выяснит.

За такую машину просили 198 тысяч марок.

Мирный веймарский трактор

Переговоры пара затянулись, только 14 июля SteffenHeymann конкретизировала собственное предложение. В письме, направленном KAAD, обращение шла о 15 тракторах. Цена на одно шасси взлетела до 261 тысячи марок, наряду с этим сейчас дополнительно к нему предлагалось и бронирование.

Обходилось оно в 184 тысячи марок, другими словами всецело один танк должен был стоить 445 тысяч. В качестве силовой установки предлагался двигатель автомобиля Опель 25/55 PS количеством 6,5 литра и мощностью 63 л. с.

Сам танк имел боевую массу около 9 тысячь киллограм, так что его удельная мощность была более-менее приемлемой. Неприемлемой была цена. Сотрудники SteffenHeymann утверждали, что такие же автомобили делаются для Югославии, но это не соответствовало действительности.

К тому же шведские армейские были отнюдь не простаками и скоро узнали, что подобные автомобили возможно заполучить и в другом месте.

Продольный разрез Pansarvagn fm/22

В первых числах Июля в KAAD пришло письмо от майора Лофтмана, что сказал о том, что отыскал более увлекательного продавца. Им была компания Wilhelm Uge, Gmbh, также из Берлина. Это была такая же компания-посредник, но с куда более адекватными аппетитами.

Количество предлагавшейся ею партии был скромнее — 10 танков, но условия были так более удачными, что уже в первых числах Июля немцы взяли задаток в 100 тысяч шведских крон. Чуть позднее Wilhelm Uge, Gmbh взяла столько же за 5 автомобилей. К переговорам подключился капитан Шентсрём, глава инженерного управления KAAD (A5).

Кроме этого с ним в Берлин приехал капитан Эллиот, управлявший управление A9, важное за моторизацию артиллерии.

Всего за танки было заплачено 2,5 миллиона марок, либо 250 000 марок за танк. Сумма выглядит немаленькой, но это были совсем не те деньги, каковые просила SteffenHeymann. Стоит кроме этого иметь в виду, что в то время германская марка имела совсем низкий курс, окрепла она лишь в середине 1920-х. Настоящая цена за один LK-II составила всего около 18 тысяч шведских крон, цена не столь и громадная.

По курсу 1921 года это составляло немногим больше 4 тысяч тогдашних долларов, что для лёгкого танка было в полной мере адекватной ценой.

Первый пример Pansarvagn fm/22 на протяжении тестовых пробегов

Первые 5 «тракторов» были доставлены в Швецию к 21 сентября 1921 года. Оставшиеся автомобили прибыли к концу месяца. Намного сложнее дело обстояло с бронёй. Первые поставки начались лишь в первых числах Января 1922 года.

Сперва начали поступать отдельные комплекты броневых подробностей, из которых, но, собрать хотя бы одну машину не представлялось вероятным. Крепёжный материал показался лишь в середине января, а остальные подробности прибывали как минимум до середины марта. Конечно, это замедляло процесс сборки.

Иначе, сторонним наблюдателям, каковые имели возможность смотреть за исполнением положений Версальского соглашения Германией, так было сложнее осознать, что же за трактора приобрели шведы.

Начались сборочные работы весной 1922 года. Существует расхожий миф, якобы работами по сборке руководил сам Йозеф Фольмер, создатель LK-II. В действительности это не верно: для организации сборочного процесса Wilhelm Uge, Gmbh выделила мастера по фамилии Штегер (Steger). Первый танк был собран к первым числам апреля в арсенале Stockholm Tygstation, обошлось это в 3400 шведских крон.

Расчёты продемонстрировали, что дешевле будет задействовать мощности судоверфи в Стокгольме. По окончании приёмки первого танка было решено отпустить приобретавшего отдельную оплату Штегера обратно в Германию, договор с Wilhelm Uge, Gmbh был заявлен выполненным. Вместе с тем германская компания помогала шведам со сборкой автомобилей, например, с нужной документацией.

Помимо этого, в июне 1922 года шведы у данной компании закупили запчастей на 198 тысяч марок.

Сборка затянулась, потому, что поставленные из Германии бронелисты требовалось ещё и закалить. На это пригодилось ещё 22,5 тысячи крон. Боевой готовности танки достигли к 1924 году, в то время, когда их разобрали, снятую броню закалили на судоверфи в Стокгольме, а после этого опять собрали.

Танк №2 на начальной стадии опробований, осень 1922 года. Прекрасно виден пулемёт, установленный в правом борту корпуса

Летом 1922 года шведская армия стала наконец приобретать танки. Первое время эти автомобили имели однотонную окраску. Они взяли серийные номера от 1 до 10, каковые были нанесены на борта. Технически танки всецело повторяли LK.II, на них устанавливали 55-сильные двигатели Benz.

Экипаж складывался из 4 человек: кроме механика и командира-водителя, в боевом отделении танка пребывали ещё два пулемётчика. Пулемёт, которым они пользовались, возможно было установить в одну из четырёх бойниц в корпусе. Различным с германской версией выяснилось оружие: вместо MG.08 на танки установили пулемёты Kulspruta m/1914, шведский вариант австро-венгерского пулемёта Schwarzlose M1907/12.

Сначала пулемёты устанавливались в танки без защитного кожуха.

Схема первой учебной атаки, совершённой 29 сентября 1923 года

20 июня 1922 года король Густав V отдал приказ Главному инспектору пехоты подготовить программу опробований для танков. 11 августа было подписано распоряжение о начале опробований в пехотной части Svea Livgarde, расквартированной недалеко от Стокгольма. Данный сутки считается отправной точкой в создании шведских танковых армий.

Танки прибыли в часть по железной дороге, сами опробования начались в осеннюю пору. В их ходе проверялось, как поведут себя танки на очень непростой шведской местности. В то время танки обозначались как Pansarvagn fm/22, другими словами «экспериментальные бронированные автомобили примера 1922 года».

Опробования танка в зимнем камуфляже, начало 1924 года

Первое время программа опробований реализовывалась достаточно медлительно, потому, что на них выделили маленькую сумму, всего 9 тысяч крон. По окончании маленького пробега по пересечённой местности, совершённого в осеннюю пору 1922 года, последовала пауза, которая продолжалась до лета 1923 года. 20 августа 5 танков загрузили на ЖД платформы и послали в Сконе, на юг Швеции. Тут они участвовали в совместных учениях с пехотой, каковые, по в полной мере понятным обстоятельствам, не предавались широкой огласке.

Кроме всего другого, проводились занятия по маскировке, если судить по фотографиям, в полной мере успешные. Экипажи очень умело закрывали автомобили ветками.

Кульминационным моментом учений стала атака, совершённая 23 сентября пятью танками при артиллерии и поддержке пехоты. Автомобили сперва атаковали условного противника в лоб, а после этого развернулись и подвергли его дополнительному обстрелу, задействовав бортовые пулемёты. Атака сильно поразила шведских военных, которым стало ясно, что деньги были израсходованы не напрасно. Продолжением осенних опробований стали зимние, каковые продолжались и в начале 1924 года.

Тогда же на танки в первый раз был нанесён камуфляж. Действительно, задержался на танках он лишь на зимний период.

В начале 1924 года сменилось обозначение танка. Сейчас он начал именоваться Strv m/21 (Strv — сокращённое от Stridsvagn, другими словами «военная машина»; именно это слово и закрепилось в шведском языке за танками).

Танки отрабатывают совместные действий с пехотой. Прекрасно видно, что на головах танкистов — простые каски, это оберегало их от травм головы

Ещё на протяжении манёвров 1923 года появилась мысль оснастить хотя бы один танк радиостанцией, и в конце следующего, 1924 года танк №10 взял её. Приблизительно одвременно с этим были совершены опробования более замечательного оружия. Дело в том, что шведам удалось заполучить экземпляр Renault FT. В полной мере быть может, что французы ожидали от скандинавов закупок этих собственных танков, каковые у них имелись более чем в достаточном количестве. Но шведам танк не пришолся по нраву.

Пушку с Renault FT демонтировали и испытали на одном из Strv m/21. Если судить по отзывам, особенного восхищения мысль не позвала, танк опять переделали в пулемётный. К идее оснащения Strv m/21 пушечным оружием шведы много раз возвращались, но до переделок автомобилей дело так и не дошло.

Шведские танкисты со шлемами-беретами, 1926 год

Параллельно с умелыми работами продолжались и учения. Автомобили достаточно широко применялись на тренировках по сотрудничеству с пехотой. Экипажи наряду с этим набивали шишки в прямом смысле слова. Тут шведские танкисты столкнулись с теми же проблемами, что и танкисты Первой мировой. Требовался головной убор, что надёжно защищал бы от ударов. Во второй половине 20-ых годов XX века показалось красивое и надёжное ответ. Им стал подшлемник из войлока, поверх которого надевался берет.

Стильный и надёжно защищающий голову, шлем-берет употреблялся шведскими танкистами до середины 50-х годов. А в начале 30-х годов его у них позаимствовали немцы.

Что весьма интересно, у немцев были и собственные шлемы, каковые почему-то танкистам не пришлись по нраву. Но они приглянулись советским танкистам. Германский шлемофон эволюционировал в коммунистический, что по окончании войны применяли среди них и ГДР-овские танкисты. Да и послевоенный шведский шлемофон очевидно сделан по мотивам советского.

Таковой вот оказался круговорот головных уборов.

Долгоиграющая приобретение

Нельзя сказать, что шведские армейские были полностью довольны своим приобретением. То, что на танк много раз пробовали установить пушку, лишний раз подтверждает это. Кроме неприятностей с оружием, как и все танки Первой Мировой, Strv m/21 был тихоходен.

В декабре 1927 году танки перевели в Готаландский лейб-гвардейский пехотный полк (Gota livgarde, I 2), пехотную часть, входившую в гарнизон Стокгольма. Танки старались держать поближе к столице, потому, что, в соответствии с изучениям Бертиля Бюрена, шведские власти всерьёз опасались беспокойств, каковые в ряде государств переросли в революции. Но, к 1927 году это было уже не столь актуально, а полк Gota livgarde стал скорее испытательным центром, в котором тестировались разные автомобили.

Тогда же танки взяли трёхцветный камуфляж. Кстати, в это время танк именовали как Strv fm/21.

Опробования на танке с серийным номером 6 радиостанции со штыревой антенной. Как возможно подметить, от размещения радиостанции просторнее в очевидно не стало

На танках экспериментировали , среди них и с радиооборудованием. На автомобили 4 и 6 были установлены рации со штыревыми антеннами. В это же время уже во второй половине 20-ых годов двадцатого века остро встал вопрос о выработке двигателями ресурса. Накопились и другие неприятности.

Решить вопрос возможно было закупкой вторых танков, но их попросту не было. Купленный во Франции Renault NC был совсем не тем, чего желали шведские армейские. Именно по окончании опробования Renault NC шведы решили сами разрабатывать танки, но с привлечением зарубежных инженеров.

Это, но, нисколько не означало, что новый танк покажется по мановению чудесной палочки. Назрел вопрос о модернизации Strv m/21. Больше того, в июне 1928 года был поднят вопрос об оснащении Strv m/21 37-мм пехотной пушкой Skoda. Она была значительно замечательнее французской пушки SA 18, которая ставилась в Renault FT.

Но, с установкой пушки было решено повременить, а вот модернизацию затягивать не стали.

Внутреннее устройство Strv m/21–29

Организацией работ занялась компания NydqvistHolm (NOHAB) из Тролльхеттана. В соответствии с проекту, двигатель изменялся на шведский грузовой мотор Scania Vabis 1554 мощностью 85 лошадиных сил. Вместе с двигателем была переделана и выхлопная совокупность. Танк приобретал генератор, электрическое освещение и электрический стартер.

В лобовом странице показались отверстия для фар, каковые закрывались особыми крышками, сами фары были установлены перед радиатором. Поменяна была и пулемётная установка башни: она взяла бронированный кожух. Подготовленную документацию NOHAB представила на утверждение KAF (Kungliga Armeforvaltningen, Управления материального обеспечения Королевской армии).

Strv m/21–29 на протяжении тактических учений, 1935 год. Танк взял антенну и радиостанцию нового типа

В первой половине 30-ых годов двадцатого века один из танков был переделан по проекту, что взял обозначение Strv m/21–29. Опробования продемонстрировали, что сама по себе мысль была верной: скорость автомобили выросла до 18 км/ч. Вместе с тем с заказом KAF не спешило.

В следствии модернизация затянулась и затронула не все автомобили. Три танка были модернизированы компанией NOHAB, ещё два переделали на Landsverk. Переделке подверглись танки с номерами 2, 3, 4, 5 и 7, последние автомобили прошли модернизацию в первой половине 30-ых годов XX века. Что же касается остальных танков, то их переделали в минимальном количестве.

В первую очередь, была установлена бронировка пулемёта.

Данный же танк спереди. Видны фары в лобовом странице корпуса, и новый глушитель

Не обращая внимания на то что к началу 30-х годов эти танки смотрелись очевидно устаревшими, списывать их совсем шведы не спешили, потому, что поменять их было очень не на что. Разработка новых отечественных образцов очень сильно затянулась, а зарубежные автомобили не смотрелись существенно лучше тех, над которыми трудились шведские конструкторы. По данной причине Strv m/21 и Strv m/21–29 продолжали деятельно эксплуатировать. Лишь во второй половине 30-ых годов XX века, в то время, когда начали поступать на вооружение Strv m/38, ветераны стали уходить на покой.

Танк с серийным номером 10 шведы передали в Германию, где он был в музее. Войну эта машина не пережила. Ещё один танк был стёрт с лица земли на протяжении Второй мировой на опробованиях по близкому разрыву авиабомбы.

К настоящему времени известно о трёх сохранившихся Strv m/21–29 и одном Strv m/21. Один Strv m/21–29 находится в германском танковом музее Мунстера, остальные сохраняются в танковом музее Arsenalen в Швеции.

Вадим Антонов
/
Осмотр шведского первенца
47 фотографий шведского танка Strv m/21 из коллекции музея Arsenalen

  • танки
  • Германия
  • Швейцария

В целом возможно смело сказать о том, что шведы не прогадали, приобретя германские танки. Они были в полной мере успешными и продолжительно эксплуатировались. Дополнительным плюсом стало то, что эта сделка была только началом Германии и сотрудничества Швеции в области танкостроения.

Тот самый германский танковый клинок, что, согласно заявлениям некоторых историков, ковался в Советском Альянсе, в действительности в значительной мере создавался в Скандинавии.

Создатель высказывает громадную признательность Карлу Бломстеру (Karl Blomster), Швеция, за помощь в подготовке материала и предоставленные иллюстрации

литература и Источники:

  • Материалы из архива Карла Бломстера
  • http://www.landships.info
  • http://www.sphf.se
  • http://www.ointres.se/strv_m_21.htm

Свободный тест советского танка Т-80 (1976 года выпуска) по заказу Шведской армии (1 часть)

Темы которые будут Вам интересны: