Ключевая битва за филиппины

Ключевая битва за филиппины

Фраза «I’ll be back» в Соединенных Штатах стала известной за долгие годы до выхода на экраны фильма «Терминатор». В первой половине 40-ых годов XX века, прорвавшись в Австралию на торпедном катере, её сказал командующий обороной Филиппин генерал Дуглас Макартур. Он и его войска сейчас не сдержали натиска японцев и были вынуждены отойти. Два года спустя генерал сдержал собственное слово. 20 октября 1944 года он сошёл с десантного корабля в полосу прибоя на берегу филиппинского острова Лейте бок о бок со собственными воинами.

Неспешно, остров за островом, японских захватчиков выбивали с архипелага.

9 января 1945 года американские армии высадились на Лусоне, главном острове Филиппин. Началась прелюдия к сражению за столицу архипелага Манилу.

Танки на Лусоне. Японский взор

Встречать американцев на Филиппинах подготавливалась 2-я танковая дивизия генерала Иванаку Юсихары. В ней числилось около 200 танков. Больше половины составляли Тип 97 «Чи-Ха» и «Шинхото Чи-Ха», но было и некое количество лёгких Тип 95 «Ха-Го» и устаревших Тип 89.

Дивизия уже в октябре 44-го лишилась двух танковых рот (около 30 автомобилей), посланных на остров Лейте для отражения американского вторжения.

Филиппинская кампания 1945 года проходила под знаком технического и военного превосходства армии США, которому японцы имели возможность противопоставить лишь немыслимое упорство, жестокость и самоубийственный героизм

Командующий японской обороной на Филиппинах генерал Ямасита Томоюки замечательно осознавал, что отразить наступление США — задача практически нереальная. Но он собирался задержать соперника как возможно продолжительнее, дабы главные силы успели отойти в горные районы, где совладать с ними было бы куда сложнее.

16 января Ямасита приказал 7-му танковому полку атаковать американский плацдарм. Выполнять приказ должны были мотострелковый батальон и танковая рота. Но, выдвинувшись ночью, они попали в засаду противотанковых орудий и понесли большие потери.

А наутро уже сами американцы атаковали основные силы японского полка, расположившиеся в городе называющиеся Урданета. На протяжении боя повезло одному-единственному японскому танковому взводу: эти три автомобили смогли занять удачную позицию и подбить два «Шермана», перед тем как их самих стёрли с лица земли ответным огнём. Остальным японским танкистам для того чтобы шанса не выпало: боеприпасы их 47-мм пушек пробивали американские танки лишь в корму и борта.

Остатки 7-го полка (34 танка из 60 штатных) отошли к местечку Сан-Мануэль. Американцы не торопились их догонять. Вместо этого они пять дней снарядами и бомбами перемешивали японские позиции с почвой.

И лишь утром 26 января «Шерманы» опять пошли в наступление. С надёжной для себя дистанции они расстреливали японские танки друг за другом. К вечеру 7-й полк «усох» до семи автомобилей, экипажи которых применили классический японский приём по выходу из неисправимой обстановки — самоубийственную «банзай-атаку».

В отличие от них, начальник 10-го японского танкового полка, появлявшегося под ударами самолётов с американских авианосцев, принял «европейское» ответ: приказал бойцам покинуть танки и пешком пробиваться к своим.

6-й танковый полк, пребывавший к началу высадки в южной части Лусона, выдвинулся на север и закрепился в городе Муньосе. Первую атаку воинам полка было нужно отбивать 27 января. Встретив сопротивление, американские пехотинцы отошли, но их авиация устроила настоящую охоту на японские танки.

Вторая атака, уже с участием «Шерманов», состоялась 30 января. В следствии город был полностью окружён, а в японском полку осталось всего 20 боеспособных автомобилей. Лишь спустя семь дней окруженцы получили приказ об отступлении.

Ночью японцы, каковые ещё были живы, попытались прорваться через шквальный американский пламя, в котором сохранился лишь каждый пятый.

В этом бою против японцев действовала рота «С» из 44-го танкового батальона. Газета 6-й армии «Танковые новости» назвала ночную схватку «самым горячим сражением танков против танков на Тихом океане». Солдатам США на протяжении неё было нужно не только стрелять, но и схлестнуться с японцами в рукопашной. Утром экипажи «Шерманов» нашли перед собственными позициями 10 стёртых с лица земли средних танков, один лёгкий, несколько грузовиков, вездеход и 245 убитых японцев.

Роте «С» бой обошёлся в одного убитого, 11 раненых и два повреждённых танка.

Последний бой японских танков на Лусоне прошёл в апреле 1945 года. Наступающие американцы приближались к штабу 14-й японской армии в городе Багио. Единственными танками, каковые в тот момент оставались в распоряжении генерала Ямаситы, были три средних и две лёгких автомобили из состава 5-й роты 10-го полка.

Потому, что шансов совладать с американцами в открытом бою у них не было, Ямасита приказал устроить атаку «танков-самоубийц», прикрепив к лобовой броне одного среднего и одного лёгкого танка заряды взрывчатки. В соответствии с японскому описанию, в этом бою им удалось сжечь два «Шермана», причём экипажи подбитых японских танков, покинув автомобили, кидались на соперника, размахивая клинками.

Битва за Манилу. Американский взор

Американское руководство знало, что на Филиппинах находится громадное (по меркам Тихого океана) количество японских танков. Исходя из этого для подстраховки американские части были усилены не только батальонами «Шерманов», но и батальонами истребителей танков М10 Wolverine. Забегая вперёд, нужно признать, что «Росомахи» были лишними: не сильный броню японских танков легко пробивали кроме того орудия простых «Шерманов».

В японских рапортах остались свидетельства о том, как американский бронебойный боеприпас пробил японский танк навылет и взорвался в грязи метрах в двадцати от него. Сами противотанкисты, вести войну на М10, отмечали, что японская броня пробивается кроме того фугасными боеприпасами и наряду с этим в танка производится намного больше разрушений. Так что большинство снарядов, каковые применяли «Росомахи», — это фугасы.

Бронебойные за время битв на Филиппинах шли в дело всего пара раз, при стрельбе по дотам либо пещерам. Утраты самоходчиков также были ничтожны: одна М10 утонула в реке, одна взяла повреждение, подорвавшись на мине, и ещё пара самоходок незначительно стали жертвами японских шестовых мин.

Одной из приоритетных задач, каковые Макартур поставил перед собственными армиями, было взятие Манилы. Генерал думал, что так возможно будет уменьшить число жертв среди мирных горожан и американских военнопленных, которых японцы содержали в столице Филиппин. Помимо этого, освобождение Манилы должно было побудить филиппинцев к более активной борьбе против японских захватчиков.

Не смотря на то, что за прошлые годы они и без того дали местным обитателям даже больше чем нужно поводов для неприязни.

И вот что весьма интересно. Как очень сильно Макартур желал поскорее забрать Манилу, так же Ямасита собирался поскорее её сдать. Японский главноком вычислял город громадной ловушкой, а его оборону — напрасной тратой и без того скудных сил.

Может, так бы оно и вышло, но тут в обстановку вмешался один своеобразны японский момент армейского дела. В Японии флот постоянно смотрел свысока на армию. А обороной Манилы руководил адмирал Ивабучи Санджи, бывший начальник линейного корабля «Кирисима», утопленного американцами в первой половине 40-ых годов XX века.

Он сделал вывод, что обязан искупить вину за потерянный корабль и получить смерть, хорошую самурая. Для этого необходимо было оборонять город, а не бегать по горам по приказу «какого-либо армейца».

Под руководством Ивабучи пребывало, около 4000 солдат из отставших сухопутных частей и 15 000 не хорошо организованных моряков, не имевших опыта наземных битв. Ещё у адмирала был один танк — американский М3, захваченный японцами ещё при взятии Манилы в первых числах Января 1942 года. С этими силами Ивабучи был настроен оборонять город до последнего японца, филиппинца либо американца — как окажется.

Конкретно в битвах за Манилу сначала принимали участие три танковых батальона (711-й, 754-й и 44-й, о котором уже упоминалось ранее) и батальон истребителей танков. Как раз «летучей колонне» танкистов из 44-го батальона удалось выполнить приказ Макартура и, быстро прорвавшись через японцев, утром 3 февраля выйти к строению манильского университета Санто-Томас, в котором находились практически 4000 военнопленных.

Позже началась зачистка самого города. На улицах сражалась 37-я американская пехотная дивизия при помощи танков 44-го и 754-го батальонов. В истории последнего записано: «И для пехоты, и для танков это стало новым типом военных действий.

Танки употреблялись в качестве мобильной артиллерии, на весьма ограниченном пространстве».

Большое количество проблем принесли американцам японские мины. Не обращая внимания на все усилия сапёров, многие танки подрывались именно на тех улицах, каковые были «предположительно очищенными» от мин.

7 февраля один из американских танкистов записал в собственном ежедневнике: «Манила горит!» Пылали не только дома, но и танки: попытка двух взводов 44-го батальона продвинуться вперёд закончилась трагически. Японцы атаковали танки 20-мм и 5-дюймовыми (125-мм) морскими орудиями, и гранатомётчиками с бутылками и минами с горючей смесью. Три «Шермана» были сожжёнными, ещё два взяли повреждения.

Другие американские подразделения кроме этого информировали, что их атакуют смертники с коктейлями и взрывчаткой Молотова. Ещё один танк взял три попадания из 5-дюймовки. Таковой калибр броня «Шермана» уже не держала, танк был полностью уничтожен, четыре танкиста погибли.

Дабы обезопасисть 800-тысячное гражданское население Манилы от лишних жертв, Макартур ввёл твёрдые ограничения для работы американской артиллерии и воздушной помощи. Ни к чему хорошему это в следствии не привело — к моменту завершения битвы за Манилу город лежал в руинах.

К 13 февраля 1945 года американцы пробились к Ветхому городу. Его толстые каменные стенки не поддавались 75-мм боеприпасам. Одним из строений, битвы за каковые продолжались пара дней, был участок полиции — он стоил 754-му батальону трёх потерянных танков. Вторым сооружением, которое танкисты запомнили на долгое время, был дом, узнаваемый в Маниле как «германский».

В то время, когда по окончании продолжительного обстрела пехота и танки постарались к нему приблизиться, один из «Шерманов» подорвался на мине, по окончании чего японцы забросали его бутылками с горючей смесью.

Битва за Манилу закончилась 3 марта 1945 года. Входе боевых действий в городе погибло 1010 американских солдат, практически 5,6 тысячи были ранены. Японцы утратили около 16 тысяч людей.

Среди других трофеев американской армии был тот самый М3 — единственный танк адмирала Ивабучи, что так превратился в «два раза трофей».

Создатель текста — Андрей Уланов

Источники:

  1. Rolling Thunder Against the Rising Sun:The Combat History of U.S. Army Tank Battalions in the Pacific in World War II.
  2. Infantry’s Armor, The: The U.S. Army’s Separate Tank Battalions in World War II.
  3. 640th TD Jan 9-Mar 1945 Operations Report.

битва за Филиппины 1941-1942г. (без японской военной музыки на фоне)

Темы которые будут Вам интересны: