100 Лет танкам. сводные братья на резиновом ходу

100 Лет танкам. сводные братья на резиновом ходу

С февраля 1915 года инженеры Комитета по сухопутным судам бесполезно бились над самоходной бронированной машиной — чудо-оружием для английской армии. Шли месяцы, но никто из них не достиг сколь-нибудь значимого успеха, и по большому счету начало казаться, что английское Адмиралтейство пригрело под своим крылом компанию пустозвонов.

А тем временем второй продукт технического развития уже пара лет как воплотился в металле и к 1915 году кроме того успел повоевать. Речь заходит о бронеавтомобилях — «сводных братьях» будущего танка. Эти колёсные автомобили показались на рубеже XIX и XX столетий.

Армейские, как это довольно часто бывало, отнеслись к новинке прохладно. Исходя из этого первые части бронеавтомобилей показались в армиях европейских держав далеко не сходу. Тем интереснее тот факт, что следы шин первых таких подразделений пересекли театр Великой войны от Ла-Манша до Кавказа.

Первый бронедивизион Западного фронта

Первый удар молота всемирный войны обрушился в 1914 году на Бельгию. Офицер Генштаба Шарль Анкар выезжал на передовую на личном автомобиле «Минерва». Дабы сделать эти поездки надёжнее, находчивый бельгиец решил обшить машину металлическими страницами и оборудовать 8-мм пулемётом Гочкиса. Так войны надела и богиня мудрости доспехи и отправилась сражаться. Бронеавтомобиль, талантливый разгоняться по шоссе до 90 км/ч, принимал участие в налётах на германские позиции, и не без успеха.

Но позже первая бронированная «Минерва» угодила в ловушку и была стёрта с лица земли.

В случае если руководство и увидело инициативу Анкара, то не придало ей особенного значения. Но бельгийский армейский атташе в Париже майор Огюст Коллон шагнул намного дальше собственного коллеги, организовав во Франции поздней в осеннюю пору 1914 года полноценный дивизион бронеавтомобилей. «Минервы» и «Пежо», бронированные и вооружённые 37-мм пулемётами и пушками, доходили по боевой массе до четырёх тысячь киллограм. Экипаж каждой автомобили складывался из начальника, стрелка и водителя с ассистентом.

В распоряжении Бельгийского бронекорпуса были личная ремонтно-техническая работа и самокатные (велосипедные) части. Коллон видел собственное детище элитным подразделением. Он заказал униформу дивизиона парижским кутюрье, а бойцов предпочитал набирать из аристократии.

Но, не только: один из самых харизматичных бойцов, носивший псевдоним Констан ле Марен, прославился своим боевым кличем «Мы отрубим им головы!», что потом прогремел кроме того на Русском фронте. Ещё одной характерной персоной был 18-летний поэт Марсель Тири, вступивший в подразделение, дабы «развлечься и поучаствовать в хороших сражениях».

До весны 1915 года дивизион тренировался в Булони, позже перебрался во Фландрию. Но в том месте, на изрытых боеприпасами и отравленных ипритом полях, Бельгийскому бронедивизиону оставалось только чахнуть от безделья. Реалии окопной войны не покинули «Минервам» шанса показать себя.

«Бронированные спасатели» из Англии

Похожим образом сложилась будущее английского Королевского военно-морского дивизиона бронированных машин. Сперва Англия обзавелась собственной морской авиацией (RNAS — Royal Navy Air Service). В то время, когда грянула Первая мировая, аэропланы стали летать на разведку, и не всегда им получалось возвратиться. Англичане вычисляли спасение сбитых авиаторов от смерти либо плена серьёзной задачей.

А возложили её на экипажи броневиков «Ланчестер», намерено созданных по заказу RNAS. Эти автомобили были защищены 8-мм бронёй и вооружены 7,62-мм пулемётом Максима либо 7,7-мм Льюиса.

Английский бронедивизион возглавил человек под стать Коллону — представитель консерваторов в Палате общин английского парламента Оливер Локер-Лэмпсон. Подобно бельгийскому коллеге, он также перевоплотил в броневик собственный персональный автомобиль — «Роллс-Ройс». Жалование водителям бронедивизиона чуть не стало причиной ссоры между министром обороны Горацио Китченером и морским министром Уинстоном Черчиллем.

Дело было в том, что военные водители получали шесть шиллингов в сутки, а Локер-Лэмпсон своим людям платил десять.

Английское подразделение, как и бельгийское, выяснилось на фронте во Фландрии — с предсказуемым итогом применения. Историк Ярослав Голубинов отметил по этому поводу: «Не обращая внимания на активные битвы с немцами во Фландрии, дивизион, однако, не оправдал надежд, каковые на него возлагались Позиционная война, с линиями окопов в нескольких десятках метров друг от друга, не годилась для манёвренных бронемашин».

Простаивание двух боеспособных подразделений в тылу было через чур расточительным для Антанты. Исходя из этого Английский и Бельгийский бронедивизионы отправились в Россию, на родину 1-й автопулемётной роты.

181449

«Адский» и «Грозный» на конной тяге

В деле создания автоброневых частей Россия была в первых рядах планеты всей. Ещё в 1906 году князь М. А. Накашидзе пробовал организовать такое подразделение в русской армии, но опоздал, погибнув от взрыва бомбы.

В августе 1914 года министр обороны В. А. Сухомлинов разрешил формирование «бронированной автомобильной пулемётной батареи», а уже в октябре рота под руководством полковника лейб-гвардии Егерского полка А. Н. Добржанского отправилась на Северо-Западный фронт. Тогда она была укомплектована броневиками на базе легковых «Руссо-Балтов». При экипаже из 5 человек на вооружении каждой автомобили стояло по 3 пулемёта Максима.

Позднее 1-я автопулемётная рота благодаря закупкам у союзников пополнилась английскими бронеавтомобилями «Остин» 1-й серии.

Кампания 1914 года наглядно продемонстрировала, что броневикам сложно обойтись одними пулемётами, нужна помощь более больших калибров. Так начались работы над первым пулемётно-пушечным броневиком на базе 5-тонного американского грузовика «Гарфорд».

На Русском фронте бронеавтомобили действовали в целом и активнее, и успешнее, чем на Западном. «Показались какие-то необычные силуэты, не испугавшиеся роя жужжавших по всем направлениям пуль. Что-то зловеще затрещало, и покатились целые первые последовательности касок, за ними другие, третьи а страшные серые силуэты надвигались все ближе и ближе, жгучие свинцовые струи проникали все глубже в германские колонны.

И уже в середине города послышалось русское “Ура!”», — такими эффектными словами пресса того времени обрисовывала прорыв броневиков «Руссо-Балт» 10 ноября 1914 года в городе Стрыкове. Два года спустя похожие чувства позовёт боевой дебют танков.

В большинстве случаев, каждому броневику в русской армии присваивали собственное имя. К примеру, глубокой в осеннюю пору 1915 года «Адский» пулемётный «Остин» 1-й серии и «Грозный» пушечный «Гарфорд» закрывали переправу пехоты. Пушечной машине было нужно сражаться за двоих — через чур велик был риск расстрелять из пулемётов собственных.

Немцы ничего не смогли противопоставить «Гарфорду».

К тому моменту на русских фронтах действовало в общем итоге уже 120 броневиков. Тут позиционные тупики случались реже, чем на Западном фронте. Но и без них колёсным автомобилям требовались если не шоссе, то хотя бы укатанные грунтовые дороги.

весенняя распутица и Снегопад делали непроходимыми и их, кое-как выручали разве что цепи на колёсах.

Хватало и других неприятностей с применением бронеавтомобилей. Автомобили с десятками лошадиных сил под капотом обычно приходилось доставлять на передовую, буксируя лошадьми. Тем самым не только экономился моторесурс, но и шум моторов не выдавал броневиков неприятелю.

Автомобили довольно часто застревали в дорожной грязи, их выдерживали не все мосты — время от времени начальники бронечастей кроме того отказывались идти в бой, ссылаясь на это.

Бронеавтомобили англичанина Локер-Лэмпсона были на Кавказском и Румынском фронтах, принимали участие в последнем, июньском наступлении русской армии 1917 года в Галиции. Оно обернулось провалом. Один из офицеров дивизиона вспоминал: «Атака следовала за атакой с жидким огнём и газом и всеми теми ужасными вещами, каковые применяют гунны, но не смотря на то, что “tavarishche” держат позиции, они не смогли двинуться вперёд».

В 1918 году из Владивостока и Курска, кинув собственных металлических коней, союзники отправились к себе.

181450

Первая мировая на всех фронтах была через чур сложной для бронеавтомобилей. Если бы она не превратилась в окопную, а осталась манёвренной, то, возможно, бронемашины и сыграли бы в ней ключевую роль, попутно поменяв мировую военную историю. Но в разгар лета 1915 года было ясно, что этого не произойдёт.

Как раз в данный критический момент английский армейский репортёр полковник Эрнест Данлоп Суинтон отправил командующему английскими силами во Франции генерал-фельдмаршалу Джону Френчу записку. В ней говорилось, что новые военные машины «должны быть бензиновыми тракторами на гусеницах».

Кто бы имел возможность поразмыслить, что эта бумажка перевернёт мир.

Создатель текста — Юрий Бахурин

Источники:

  1. Бойен Р. Бельгийский корпус броневиков в Русской армии // Последняя война России: Российская Федерация, мир незадолго до, на протяжении и по окончании Первой Мировой по документам русских и зарубежных архивов. М., 2006. С. 226–232.
  2. Голубинов Я. Английские авиационные бронеморяки в Российской Федерации // Warspot. 17.07. http://warspot.ru/6596-britanskie-aviatsionnye-bronemoryaki-v-rossii.
  3. Кирилец С. В., Канинский Г. Г. Георгиевич. Машины Русской Императорской армии. «Автомобильная академия» генерала Секретева. М., 2010.
  4. Коломиец М. В. Броневые автомобильные части русской армии // Российская Федерация в Первой мировой. 1914–1918: Энциклопедия. В 3 тт. Т. I. М., 2014. С. 212–221.
  5. Попова С. С. Армейские злоключения бельгийцев в Российской Федерации // Военный издание. 1996. № 2. С. 46–52.

[BadComedian] — Guardians (Russian Avengers)

Темы которые будут Вам интересны: